Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

97

Она знала, что такого рода визиты я терпеть не мог, и что, оставшись один, я буду работать над книгой.

        Но иногда ей почемуто снились кошмары, возможно, изза ее католического воспитания. Ночью мне приходилось будить ее, потому что, даже в глубоком сне, она вскрикивала с отчаянием и тихонько плакала. Один раз ночью она была в жутком испуге, и я крепко держал ее в объятиях и спрашивал, что случилось, что такое ей приснилось, и она прошептала:

        – Никогда не говори мне, что я умираю.

        Я не на шутку перепугался. Мне мерещилось, что она ходила к врачу и он сообщил ей скверные новости. Но на утро, когда я спросил ее, она ничего не могла вспомнить. А когда пытался узнать, не ходила ли она к врачу, она только рассмеялась. Она сказала мне:

        – Это мое религиозное воспитание. Наверное, меня тревожит, не попаду ли я в ад.

        На протяжении двух лет я работал нештатным автором, сочиняя статьи для журналов, наблюдал, как подрастают дети, и настолько счастливым был наш брак, что я испытывал почти отвращение. Валери часто навещала своих родных, а я почти все время проводил в своей писательской норе, то бишь в кабинете, так что видели мы друг друга не очень много. Каждый месяц мне заказывали по меньшей мере по три статьи для журналов, а работа над романом, как я надеялся, должна была принести мне богатство и известность. Роман о похищении с убийством – это была моя любимая игрушка; статьями для журналов же я зарабатывал себе на хлеб с маслом. По моим расчетам, книга будет закончена только года через три, но меня это не волновало. Я принимался читать все растущую кипу рукописных листов, едва только оставался один. И было радостно наблюдать, как дети взрослеют, а Валери становится более удовлетворенной жизнью и уже не так боится смерти. Но ничто не длится вечно. Потому, что мы не хотим, чтоб оно длилось, вероятно. Если все идет хорошо, человек начинает искать приключений.

        После двух лет жизни в своем пригородном доме, работая по десять часов ежедневно, посещая раз в месяц кино, читая все, что попадается под руку, однажды я принял приглашение Эдди Лансера поехать с ним пообедать. Впервые за два года мне предстояло увидеть ночной НьюЙорк. Днем я бывал в городе, встречаясь с редакторами журналов, для которых писал статьи, но к ужину всегда возвращался домой. Валери научилась прекрасно готовить, и мне не хотелось пропускать домашнего ужина с детьми и последнего за день рабочего раунда в своем кабинете.

        Эдди Лансер только что вернулся из Голливуда, и он пообещал мне кучу интересных историй и великолепную еду. Ну и, как обычно, поинтересовался, как продвигается мой роман. Он всегда относился ко мне так, будто был уверен, что рано или поздно я стану большим писателем, и мне это нравилось. Он был одним из немногих моих знакомых, в котором, казалось, присутствовала искренняя доброта, не искаженная интересом к собственной персоне. И еще он бывал весьма забавным, и этой его черте я завидовал. Чемто он напоминал мне Валери того времени, когда она еще писала рассказы, учась в НьюСкул. Это присутствовало в написанных ею вещах, а иногда и в обычной жизни. И даже теперь это иногда в ней проскакивало. Я сказал Эдди, что завтра мне нужно будет заехать в редакции по поводу заказов, и после этого мы сможем встретиться и пойти пообедать.

        Он привел меня в ресторанчик под названием “Жемчужный”, о котором я никогда и не слышал. Я был настолько сер, что даже не знал, что это был китайский ресторан “для своих людей”. Здесь я впервые в жизни попробовал китайскую кухню, и когда я сказал об этом Эдди, он очень удивился. Знакомя меня со всем спектром китайских кушаний, он то и дело кивал в сторону всяких знаменитостей, показывая мне их, и даже разломил мое “печеньегадание” * и прочитал бумажку с предсказанием. А также остановил меня, когда я попытался съесть “печеньегадание”.

        * “Печеньегадание” – подается в китайских ресторанах, в нем запечена бумажка с предсказанием судьбы.

        – Нет, нет, их не едят, – предупредил он. – Это дурной тон. Если ты вынесешь чтонибудь полезное для себя из этого вечера, так это твердое знание, что нельзя съедать “печеньегадание”, подаваемое в китайском ресторане.

        Соблюдение всех этих ритуалов выглядело, конечно, забавным для двух друзей в свете их взаимоотношений. И вот както, спустя месяцы, я прочел в журнале “Эсквайр” его рассказ, где он описывал этот случай. История была трогательная, в которой он подсмеивался над собой как он подсмеивается надо мной. После этого рассказа я узнал его лучше, поняв, что за его доброжелательностью скрывается его бесконечное одиночество, его отчужденность от людей и от всего мира. И я стал примерно представлять, что он думал обо мне на самом деле. В его рассказе я предстал как человек, способный управлять ходом собственной жизни, знающий, куда он идет. И это чертовски меня удивило.

        Но он оказался

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск