Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

116

        Я любил бывать у Арти. У него было пятеро ребятишек, но это были славные дети, имевшие множество друзей, которые постоянно присутствовали в доме, и Пэм, похоже, ничего не имела против. Она покупала для них печенье коробками и всегда имела наготове огромные кувшины с молоком. Ктото из детей смотрел телевизор, другие играли на лужайке. Я сказал детишкам “Привет”, и они так же коротко поздоровались со мной. Пэм пригласила меня в кухню, огромное окно которой выходило на побережье. Кофе уже был сварен, и она разлила его по чашкам. Потом, подняв голову, взглянула на меня и сказала:

        – У Арти есть девушка.

        Несмотря на то, что она родила пятерых детей, выглядела Пэм очень молодо и имела прекрасную фигуру, была высокой, стройной. В чувственном лице ее было чтото от Мадонны. Родом она была из маленького городка на среднем Западе. Они познакомились с Арти в колледже, а отец ее был президентом небольшого банка. Никто в ее семействе на протяжении трех поколений не имел более двух детей, и ее родители считали героической жертвой то, что она родила пятерых. Они этого понять не могли, а я мог. Однажды я спросил об этом Арти, и он сказал:

        – За этим обликом Мадонны – одна из самых ненасытных женщин на всем ЛонгАйленде. И это меня вполне устраивает.

        Если бы о своей жене ктонибудь другой сказал нечто подобное, меня бы это оскорбило.

        – Счастливчик, – сказал я.

        – Ага, – ответил Арти. – Но думаю, она испытывает ко мне жалость, ну, знаешь, изза сиротского приюта. И ей хочется, чтобы я никогда больше не чувствовал себя одиноким. Чтото вроде этого.

        – Ты просто счастливчик.

        И вот теперь, когда Пэм выдвинула это обвинение, я немного разозлился. Я знал Арти. Обманывать жену было для него делом невозможным. Он не мог подвергать риску развала свою семью, которая столько для него значила.

        Пэм всегда державшаяся прямо, сейчас ссутулилась; в глазах ее блестели слезы. Но она вглядывалась в мое лицо. Если у Арти был роман, единственный, кому он рассказал бы об этом, был я. И она надеялась, что мое лицо скажет ей правду.

        – Это неправда. Вокруг Арти всегда вились женщины, и его это доставало. Он честнейший парень. Ты же знаешь, я не стал бы выгораживать его. Я не стал бы его закладывать, но и выгораживать тоже не стал бы.

        – Да, это я знаю. Но он поздно возвращается домой, по крайней мере, трижды в неделю. А вчера вечером я заметила у него на рубашке губную помаду. А когда я ухожу спать, он поздно вечером звонит комуто. Он не тебе звонит?

        – Нет, – ответил я.

        Тут я понял, что дело хреново. Может быть, это правда. Я все еще в это не верил, и должен был все выяснить.

        – И он стал тратить больше денег, чего раньше никогда не делал, – сказала Пэм. – Ах, черт.

        Теперь она плакала в открытую.

        – Придет он сегодня к обеду? – спросил я.

        Пэм кивнула. Я набрал номер Валери и сказал ей, что обедаю сегодня у Арти. Время от времени мне вдруг жутко хотелось увидеть Арти, и я навещал его, поэтому Валери не стала задавать никаких вопросов. Повесив трубку, я спросил Пэм:

        – А на мою долю еды хватит?

        Она улыбнулась и снова кивнула.

        – Ну конечно.

        – Я тогда поеду встречу его на станцию. И прежде, чем мы сядем обедать, мы обсудим все это начистоту.

        Придав всему этому комический смысл, я заявил:

        – Мой брат невиновен.

        – О, конечно, – ответила Пэм. Но все же улыбнулась.

        На станции, ожидая поезда, я почувствовал жалость к Пэм и Арти. Но в этом было чутьчуть самодовольства. Всегда так бывало, что Арти выручал меня, и вот теперь мне придется его выручать. Несмотря на все очевидные факты, эту губную помаду на рубашке, поздние возвращения и телефонные звонки, непривычные траты, – все же я знал, что по большому счету Арти не виноват. Худшее, что могло бы быть – это какаянибудь молодая девчонка оказалась столь привязчивой, что Арти мог дрогнуть – может быть. Даже сейчас мне трудно было в это поверить. К чувству жалости примешивалась и зависть, которую я всегда испытывал к способности Арти привлекать женщин, которой я никогда не обладал. С легким удовлетворением я подумал, что быть некрасивым не настолько уж плохо.

        Когда Арти сошел с поезда, он не слишком удивился, увидев меня. Я и раньше иногда, нанося визит без предупреждения, встречал его на станции. Мне было всегда приятно делать это, и он всегда был рад встрече со мной. И мне всегда было приятно видеть, что он рад увидеть меня, сидящего на станции и ожидающего его. На этот раз, внимательно приглядевшись, я заметил, что сегодня он не испытывает той обычной радости:

        – Какого черта ты тут делаешь? – спросил он, но обнял меня и улыбнулся.

        Для мужчины у него была потрясающе приятная улыбка. Точно так же он улыбался, когда был еще ребенком, и с тех пор ничего не изменилось.

        – Я приехал спасать твою шкуру, – весело сказал я, – Пэм

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск