Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

156

и сказала:

        – Если бы я приехала к тебе домой и сказала твоей жене, что ты любишь меня, то ты отверг бы меня?

        Я рассмеялся вполне искренне. Я приложил руку к груди и сказал:

        – Повтори.

        И она сказала:

        – Ты отрекся бы от меня?

        Я сказал:

        – От всего сердца, да.

        Она мгновение смотрела на меня. Она пришла в бешенство, а затем начала смеяться. Она сказала:

        – Я вернулась с тобой в свое прежнее “я”, но больше не буду этого делать.

        И я понял, что она имеет в виду.

        – Хорошо, – сказал я. – Так что же было дальше с Уортбергом?

        Она сказала:

        – Я долго принимала ванну с черепаховым маслом. Я осуществила как помазание, принарядилась, как только могла и поехала к алтарю жертвоприношения. Меня впустили в дом. Там меня ждал Моузес Уортберг. Мы сели, он предложил мне немного выпить, стал спрашивать о моей карьере, и так мы проговорили около часа, а потом он так, между прочим, заметил, и это было очень умно с его стороны, что если ночь пройдет как следует, то он многое сделает для меня, а я подумала, что этот сукин сын собирается делать то, что я ожидала, даже не покормив меня.

        – Это то, что я никогда не делал с тобой, – сказал я.

        Она долго смотрела на меня, а потом продолжила:

        – А потом он сказал: “Там наверху, в спальне, вас ожидает обед. Пройдите, пожалуйста, наверх”. И я сказала своим прекрасным голосом южанки: “Да, конечно, я немного проголодалась”. Он проводил меня наверх по лестнице, такой великолепной, как в фильмах, и открыл дверь спальни. Потом он закрыл ее за мной снаружи, и я оказалась в спальне перед небольшим столиком, на котором были приготовлены самые изысканные яства.

        Она приняла позу невинной девушки в полном замешательстве.

        – А где же Моузес? – спросил я.

        – Он остался снаружи, в гостиной.

        – Он предоставил тебе есть в одиночестве? – спросил я.

        – Нет, – сказала Дженел. – Меня ожидала миссис Белла Уортберг в полнейшем неглиже.

        Я сказал:

        – О Боже!

        Дженел приняла другую позу.

        – Я не знала, что мне предстоит ночь с женщиной. Восемь часов я решала, идти ли мне сюда, чтобы провести ночь с Моузесом, и вдруг обнаруживаю, что мне предстоит совсем другое. Я не была готова к такому повороту.

        Я сказал, что тоже не ожидал такого.

        Она сказала:

        – Я просто не знала, что делать. Я села за столик, а миссис Уортберг приготовила несколько сэндвичей и чай, а затем оголила грудь и сказала: “Как тебе это нравится, моя дорогая?” А я сказала: “Это прекрасно”.

        Потом Дженел посмотрела мне в глаза и потупила взгляд. А я сказал:

        – Ну хорошо. И что же случилось? Что же она сказала после этих твоих слов?

        Дженел широко раскрыла глаза, изображая полное замешательство.

        – Белла Уортберг сказала мне: “Не хочешь ли попробовать, моя дорогая?”

        И Дженел без сил упала в постель рядом со мной. Она сказала:

        – Я выбежала вон из комнаты, вниз по лестнице, выбежала из дома, и все это стоило мне двух лет, прежде, чем я смогла найти работу.

        – Это ужасный город, – сказал я.

        – Не сказала бы, – ответила Дженел. – Если бы я проговорила с моими подругами еще восемь часов, то все было бы прекрасно и при таком исходе. Все это не для слабонервных.

        Я улыбнулся ей, и она посмотрела мне в глаза с вызовом.

        – В самом деле, – сказал я, – никакой разницы?

        По дороге, в Мерседесе, который катил по пустым дорогам, я старался слушать Дорана.

        – Старый Моузес опасный парень, остерегайтесь его.

        И я стал думать о Моузесе.

        Моузес Уортберг был одним из самых сильных мира сего в Голливуде. Его студия троицы, этот центр, была с финансовой точки зрения самой крепкой, или почти из всех, но выдавала самые отвратительные фильмы. Моузес Уортберг создал машину по деланию денег в области творческих начинаний. И не обладая ни на волосок творческой жилкой. Это признавалось как гениальное достижение.

        Уортберг был неряшливым жирным человеком, на котором небрежно висели его костюмы, пошитые в стиле Вегаса. Он говорил мало, никогда не проявлял никаких эмоций, верил в то, что дает вам все, что можно от него взять. Он был уверен в том, что не дает вам ничего, чего вам не удастся у него выдавить просто так или же преодолев крючкотворные усилия сонма его адвокатов. Он был беспристрастен. Он мошеннически выжимал из постановщиков, звезд, писателей и режиссеров часть их же доли, если фильм пользовался успехом. Он никогда никому не был признателен за большую работу по постановке, организации, по написанию сценария. Сколько раз он платил большие деньги за хлам, а не сценарий? Почему же он должен тогда платить достойно человеку, создавшему стоящую вещь, если он мог получить эту вещь, заплатив меньше?

        Уортберг разговаривал о фильмах, как генералы говорят о ведении боевых действий на войне. Он говорил примерно так: “Вы не можете приготовить яичницу,

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск