Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

170

спать. Калли опустился на колени рядом со мной:

        – Мы переночуем здесь, – прошептал он. – Я разбужу тебя утром. Оставайся здесь и спи. О тебе позаботятся.

        За ним я увидел улыбающееся лицо Фуммиро.

        Я отметил про себя, что Фуммиро уже не казался выпившим, и у меня от этого как будто зазвонил колокол в голове, предупреждая об опасности. Я попытался встать с циновки, но Калли прижал меня к ней. А потом я услышал голос Фуммиро:

        – Вашему другу нужна компания.

        Я опять опустился на циновку. Я был слишком уставшим. Даже не произнес ни слова. Заснул.

        Не знаю, сколько я проспал. Меня разбудил легкий скрип отодвигаемой скользящей двери. В тусклом свете от затененных фонарей увидел двух молодых девушекяпонок, одетых в легкие голубое и желтое кимоно, проходящих через открывшуюся стену. Они принесли небольшой таз красного дерева, наполненный водой, от которой шел пар. Затем раздели меня и вымыли с головы до ног, массируя мое тело своими пальцами, не пропуская ни один мускул. Когда они делали это, я пришел в возбуждение, и они захихикали, а одна из них слегка похлопала меня рукой. Потом они взяли таз и исчезли с ним.

        Я достаточно пробудился, чтобы подумать, где же Калли, но был еще недостаточно трезв для того, чтобы встать и идти искать его. Потом стена снова раздвинулась. На этот раз в дверях показалась лишь одна девушка, совсем другая, и, взглянув на нее, я понял, каковы будут ее обязанности.

        Она была одета в длинное легкое зеленое кимоно, скрывавшее ее тело. Лицо ее было красиво, экзотические черты его еще более подчеркивались нанесенной косметикой. Густые черные волосы были собраны в высокую копну и заколоты блестящим гребнем, который, казалось, был сделан из драгоценных камней. Она подошла ко мне, и прежде чем опустилась на колени, я увидел, что ноги ее были босые, маленькие и красивые. Ногти на ногах были покрашены в темнокрасный цвет.

        Свет, казалось, стал как бы гаснуть, и вдруг она оказалась совершенно нагой. Тело ее было молочнобелого цвета, грудь маленькая, но полная. Наклонившись надо мной, сняла с головы гребень и встряхнула головой. Длинные черные косы, которых было множество, опустились на мое тело, полностью покрыли его. Она вдруг стала целовать и лизать мое тело, голова ее касалась моего тела, а волосы опутали его. Я лежал на спине. Ее рот был теплым, язык шершавым. Я попытался двинуться, она прижала меня к циновке. Когда она кончила, то легла на спину рядом и положила мою голову себе на грудь. Несколько раз в ночи я просыпался, и все начиналось сызнова. Она обхватывала меня ногами и сильно прижималась ко мне, как будто мы с ней боролись. В экстазе она вскрикивала и мы падали на циновку. Потом мы заснули, обнявшись.

        Меня снова разбудил звук скользящей открывающейся двери. Комната была наполнена светом начинающегося утра. Девушки уже не было в комнате. Через открытую дверь в комнате рядом с моей я увидел Калли, который сидел на своем огромном обитом латунью чемодане. Хотя он был довольно далеко от меня, я мог различить, что он улыбается:

        – О’кей, Мерлин, вставай, одевайся, – сказал он. – Этим утром мы летим в Гонконг.

        Чемодан был так тяжел, что в машину его пришлось нести мне. Калли не мог его поднять. Шофера не было, и машину вел Калли. Когда мы приехали в аэропорт, он припарковал ее в стороне от здания аэровокзала. Я нес чемодан, а Калли шел впереди, чтобы расчищать путь и показывать, куда идти. Мы подошли к пункту проверки багажа. Я нетвердо держался на ногах, хмель еще не прошел, и огромный чемодан ударял по голени. Здесь на мой билет наклеили корешок квитанции. Я подумал, что, раз Калли ничего не говорит, то, значит, это не имеет значения, и ничего не сказал.

        Мы пошли через выход на посадку, на поле к самолету. Но не стали сразу заходить в самолет. Калли подождал, пока нагруженная багажом платформа не вышла из здания аэропорта и мы не увидели ее – на самом верху возвышался наш огромный чемодан. Проследив, как рабочие погрузили его в брюхо самолета, мы сели в него.

        До Гонконга нужно было лететь больше четырех часов. Калли нервничал, и я выиграл у него еще четыре тысячи долларов. Пока мы играли, я задал ему несколько вопросов.

        – Ты сказал мне, что мы летим завтра, – сказал я.

        – Да, я так думал, – ответил Калли. – Но Фуммиро приготовил деньги раньше, чем я думал.

        Я знал, что он хитрит.

        – Мне понравился вечер с гейшами, – сказал я.

        Калли промычал чтото невнятное. Он делал вид, что рассматривает свои карты, но я знал, что в мыслях он далек от игры.

        – Это дьявольская инсценировка высшего класса, – сказал он. – Все эти гейши – это ерунда. Я предпочитаю Вегас.

        – Не знаю, – сказал я. – Думаю, это неплохо. Но должен признаться, что трепка, которую мне задали потом, была получше.

        Калли оторвался от своих карт.

        – Какая трепка? – спросил он.

        Я рассказал

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск