Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

182

была одета одна из ее шляп с широкими полями, защищавшими ее кожу от солнца. Это была самая настоящая широкополая шляпа. Большая часть женщин выглядела бы в ней безобразно, но со своими совершенными лицом и фигурой она выглядела в ней прекрасно. На ней были специально для нее скроенные, уже ношенные кемто, специально потрепанные джинсы, облегающие тело, как кожа. И я вспомнил, что однажды вечером я сказал ей, когда она была в ванной без всего, что у нее понастоящему великолепна та часть тела, которая ниже спины, и что чтобы взрастить ее такой нужны целые поколения. Я сказал ей это, чтобы разозлить ее, потому что она была феминисткой. К моему удивлению, она пришла в восторг от этого замечания. И я вспомнил, что она была до какойто степени снобом. И что она гордилась аристократической родословной своей южной семьи.

        Она поцеловала меня на прощанье. Ее лицо раскраснелось. Она ни на йоту не расстраивалась от того, что я уезжаю. Я знал, что она проведет с Элис счастливый день и они будут счастливы вместе, а что у меня будет жалкое время препровождение в моей гостинице в городе. Но я подумал, что за черт? Элис заслуживала этого, а я нет, и в самом деле нет. Дженел както сказала, что она, Дженел, являлась практическим решением для моих эмоциональных потребностей, но я не являлся таковым для ее эмоциональных потребностей.

        Экран телевизора замерцал. Это была дань уважения памяти Маломара. Валери сказала мне чтото об этом. Он был хороший человек? И я ответил, что да, хороший. Когда мы закончили смотреть церемонию вручения наград, она спросила меня:

        – Ты знаешь когонибудь из тех, кого называли?

        – Некоторых, – ответил я.

        – Кого именно? – спросила Валери.

        Я назвал Эдди Лансера, который получал Оскара за свой вклад в написание сценария, но не назвал Дженел. На мгновение у меня мелькнула мысль, а не ловушка ли это Валери для меня, и не хочет ли она посмотреть, не скажу ли я чтонибудь про Дженел. И я потом сказал, что знаю еще блондинку, которая получила премию в начале программы.

        Валери посмотрела на меня и отвернулась.

       

       

Глава 40

       

        Неделю спустя позвонил Доран я позвал меня в Калифорнию, там должны были проводиться новые обсуждения по фильму. Он сказал, что запродал Эдди Лансера студии “ТриКалчер”. И вот я отправился туда и снова слонялся там, ходил на всяческие встречи и вновь встретился с Дженел. Чувствовал я себя теперь както неспокойно, без прежней безмятежности: я больше не любил Калифорнию так же сильно, как раньше.

        Как– то в один из вечеров Дженел спросила:

        – Ты все время говоришь, какой замечательный парень твой брат Арти. Чем он так замечателен?

        Я видел, что наша с Арти история, наш сиротская жизнь завораживает ее. Это импонирует ее чувству драматического. В голове ее, было видно, прокручиваются самые невероятные фильмы и сказочные истории о том, какой бывает жизнь. Двое молодых мальчишек. Очаровательно. Ожившая фантазия в стиле Уолта Диснея.

        – Значит, тебе хочется послушать еще одну историю про сирот? – спросил я. – Тебе нужна счастливая история или правдивая история? Тебе нужна ложь или тебе нужна правда?

        Дженел сделала вид, что обдумывает ответ.

        – Сначала попробуем правду, – наконец сказала она. – И если она мне не понравится, тогда расскажешь мне ложь.

        Тогда я рассказал ей, что все посетители нашего приюта всегда хотели усыновить Арти и никогда меня. Вот так я начал свою историю.

        А Дженел сказала насмешливо:

        – Ах ты, бедняжка.

        Но когда она это произнесла, хоть и с улыбкой, рука ее в этот момент скользнула вниз вдоль моего тела, и она не убрала ее.

        В то воскресенье, когда нас с Арти заставили надеть форму для усыновления, как мы ее называли, мне было семь, а Арти – восемь лет. На нас были голубые пиджачки, белые накрахмаленные рубашки, темносиние галстуки и белые фланелевые брюки. Ботинки тоже были белые. Нас тщательно причесали и доставили в приемную заведующей, где уже ожидала молодая пара, муж с женой, чтобы посмотреть на нас. Нас должны были представить посетителям с обменом рукопожатиями, мы должны были продемонстрировать хорошие манеры, сесть рядышком с ними для разговора и знакомства. Потом полагалось пойти всем вместе прогуляться по территории приюта мимо огромного сада, мимо футбольного поля и мимо школы. Особенно отчетливо я запомнил, что женщина была очень красива. Что, будучи всего лишь семилетним ребенком, я влюбился в нее. Было ясно, что ее муж также влюблен в нее, но что вся эта идея с усыновлением не так уж его и радует. Очевидным в тот день стало и то, что женщине чертовски понравился Арти, но не я. И, вообщето, я не мог ее винить. Даже в свои восемь лет Арти был красив почти взрослой красотой. Кроме того, все черты его лица были вырезаны очень отчетливо, и хотя мне и говорили, что мы похожи, и всем было ясно, что мы братья, я то

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск