Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

189

ведь требуешь нереального. Ты хочешь, чтобы я обожал тебя, был понастоящему влюблен в тебя, относился к тебе как к девственной королеве. Как это было в старые времена. Однако ты отвергаешь те ценности, на которых строится любовь, полностью себя отдающая. Вы хотите, чтобы мы любили вас как Святой Грааль, но жить ты хочешь как освобожденная женщина. И не желаешь признавать, что если меняются твои ценности, то и мои должны меняться. Я не могу любить тебя так, как ты этого хочешь. Как я любил тебя раньше.

        Она заплакала.

        – Я знаю, – сказала она. – Боже мой, мы так друг друга любили. Ведь я ложилась с тобой в постель даже тогда, когда у меня были адские головные боли. Я не обращала на них внимания, просто принимала перкодан. И мне было хорошо. Мне было хорошо. А сейчас? Если почестному, ведь секс перестал приносить такое же удовольствие, как раньше?

        – Да, перестал, – ответил я.

        Это ее опять разозлило. Она стала кричать, и голос ее напоминал утиное гоготание.

        Ночка обещала быть длинной. Вздохнув, я потянулся к столу за сигаретой. Довольно непросто прикурить сигарету, когда красивая девчонка стоит рядом таким образом, что почти щекочет твое ухо волосами на лобке. Но мне эта задача удалась, и картина была настолько забавной, что она со смехом свалилась в кровать.

        – Ты права, – проговорил я. – Но ведь ты сама знаешь практические аргументы в пользу женской верности. Я тебе говорил, что очень часто женщины не подозревают, что заразилась венерической болезнью. И помни, что чем с большим количеством народа ты спишь, тем выше шансы заиметь рак матки.

        Дженел засмеялась.

        – Ты врррун, – закричала она.

        – Без дураков. Все древние табу имеют под собой практическую основу.

        – Ах вы, засранцы, – возмутилась Дженел. – Все мужчины везучие засранцы.

        – Ничего уж тут не поделаешь, – самодовольно отозвался я. – А когда ты начинаешь кричать, ты становишься похожей на утенка Дональда.

        Тут я получил удар подушкой, что дало мне повод схватить ее и обнять. Все кончилось тем, что мы занялись любовью.

        Чуть позже, когда мы курили сигарету, затягиваясь по очереди, она сказала:

        – Но все же я права. Со стороны мужчин это нечестно. У женщин столько же прав иметь множество любовных партнеров, сколько и у мужчин. Давай посерьезному. Это ведь так?

        – Да, – ответил я абсолютно с той же серьезностью, что и она, а возможно и с большей. И я действительно так считал. Умом я понимал, что она права.

        Она прижалась ко мне.

        – Вот за это я тебя и люблю. Все же ты понимаешь. Даже если и говоришь про женщин несправедливые вещи. Когда мы сделаем революцию, я спасу тебе жизнь. Скажу, что ты хороший мужчина, просто сбился с пути.

        – Вот спасибо.

        Она погасила свет, а потом свою сигарету. Очень задумчиво она произнесла:

        – Ведь на самомто деле ты не стал любить меня меньше от того, что я сплю с другими мужчинами, правда?

        – Правда.

        – Ты знаешь, что я люблю тебя верно и преданно, – сказала она.

        – Ага.

        – Но ты не считаешь меня шлюхой изза этого, ведь нет?

        – Нет, – ответил я. – Давай спать.

        Я протянул руку, чтобы обнять ее. Она отодвинулась.

        – Почему ты не уходишь от жены и не женишься на мне? Скажи правду.

        – Потому, что так у меня есть и то и другое, – ответил я.

        – Ах ты, гад, – с этими словами она ткнула меня пальцем в пах. Больно.

        – Ох ты! Только изза того, что я дико влюблен в тебя, только изза того, что мне интереснее разговаривать с тобой, чем с кемнибудь еще, только изза того, что мне нравится трахаться с тобой больше, чем с кемлибо другим – ты считаешь, что я брошу жену ради тебя, а по какому праву?

        Она не могла понять, в шутку я говорю или серьезно. Видимо, решила, что в шутку. Опасное предположение.

        – Очень серьезно, – сказала она. – Правда, мне просто хочется знать. Почему ты всетаки не уходишь от жены? Назови хотя бы одну настоящую причину.

        Прежде чем ответить, я принял защитную форму, свернувшись в клубок.

        – Потому, что она не шлюха, – ответил я.

        Как– то раз утром я отвозил Дженел на натуру где она должна была провести весь день, снимаясь в эпизоде.

        Приехали мы рано, поэтому пошли прогуляться по городку, казавшемуся мне удивительно похожим на настоящий, хотя все это было бутафорией. Была даже бутафорская линия горизонта – поднимавшийся к небу металлический лист, сразу же сбивший меня с толку. Фасады домов настолько походили на настоящие, что, когда мы проходили мимо вывески “Книжный магазин”, я не удержался и открыл дверь, почти ожидая увидеть знакомые столы и полки, заставленные книгами в ярких обложках. Но за дверью кроме травы и песка ничего не было.

        Мы пошли дальше, и Дженел смеялась. За стеклом одной из витрин были расставлены бутылочки и пузырьки с лекарствами девятнадцатого века. Мы открыли и эту дверь, и снова за

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск