Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

46

тот спросил Иова, любит ли он до сих пор бога. Знаете, что ответил Иов? – Мальчик выдержал драматическую паузу. – «Господь дал, господь и взял. Я люблю господа своего».

        Пораженный Винни внимательно посмотрел на Джоуба. Зато Джино возмутился:

        – Он сказал правду? Или просто испугался, что и его самого убьют?

        – Конечно, правду! За это господь одарил его счастьем, чтобы вознаградить за веру. Мой отец говорит, что Иов был первым истинным баптистом.

        Вот почему истинные христианебаптисты спасутся, когда наступит конец света, а все, кто не слушает нас, будут гореть в геенне огненной целый миллион лет. Или даже больше. Так что вам лучше перестать играть в карты и сквернословить.

        Но Джино, упрямый мальчишка, мастерски перетасовал карты и стал проделывать с ними разные фокусы. Джоуб завороженно глядел на его ловкие руки.

        – Хочешь попробовать? – небрежно спросил Джино.

        В следующую секунду колода оказалась в руках у Джоуба. Тот попытался их перетасовать, но карты веером разлетелись по полу. Он собрал их и предпринял новую попытку. На его лице застыло серьезное выражение. Неожиданно на пол комнаты легла громадная тень. Над мальчиками нависла миссис Колуччи; они не слышали, как она подошла по коридору к их комнате.

        Винни и Джино замерли, не в силах отвести взоры от красавицы. Она смерила сына холодным взором, приподняв одну бровь, – Я не играл, мама! – заикаясь, пролепетал Джоуб. – Просто Джино показывал мне, как мешают карты. Я смотрел, как они играют…

        – Он не врет, миссис Колуччи, – горячо вступился за него Джино. – Он смотрел, и все. Представляете, – в его голосе звучало изумление, – он отказывался играть, как я к нему ни приставал!

        Миссис Калуччи улыбнулась и произнесла:

        – Я знаю, Джино, что сын мне никогда не врет.

        Но довольно даже прикосновения к картам. Отец будет очень сердит на него.

        Джино заговорщически улыбнулся:

        – А вам не обязательно ему рассказывать.

        Теперь в тоне миссис Колуччи прозвучал холодок:

        – Ято, конечно, не расскажу. Но Джоуб расскажет ему сам.

        Удивленный Джино устремил на Джоуба вопросительный взгляд. Миссис Колуччи ласково объяснила:

        – Мистер Колуччи – глава нашей семьи, подобно тому, как бог – глава всего мира. Не станешь же ты утаивать чтолибо от бога, а, Джино?

        Мальчик задумался.

        Винни сердито тасовал карты. Он был зол на Джино; как брат сподобился не разобраться в этих людях? Неужели он воображает, что они питают к нему симпатию, неужели его подкупили их учтивые манеры? На красивом, дородном лице миссис Колуччи он ясно разглядел отвращение: ведь они играют в карты, а это все равно, что застать их за какимнибудь постыдным занятием, о котором не принято упоминать.

        – Не лезь в чужие дела, Джино! – брякнул он и уже занес руку для затрещины.

        Джино, как всегда заинтригованный непонятными речами, сказал Джоубу:

        – Ты действительно расскажешь отцу? Кроме шуток? Но ведь если ты не расскажешь, твоя мама тоже не проболтается! Верно, миссис Колуччи?

        На лице женщины нетрудно было прочесть выражение сильнейшего, прямотаки физического отвращения, но она промолчала.

        Джоуб тоже ничего не ответил, но был близок к тому, чтобы расплакаться. Джино остолбенел.

        – Я скажу твоему отцу, что я сам сунул тебе в руки карты, – заверил он Джоуба. – Ведь так оно и было на самом деле! Правда, Вин? Пошли, я ему все расскажу.

        – Отец примет на веру любые слова Джоуба, – резко остановила его миссис Колуччи. – Спокойной ночи, дети. Попрощайся с новыми друзьями, Джоуб.

        Джоуб безмолвствовал. Мать и сын направились в кухню.

        Братьям расхотелось играть в карты. Джино подошел к окошку, распахнул его и залез на подоконник. Винсент подошел к другому окну и поступил так же.

        На сортировочной станции царила темнота, разрезаемая прожектором единственного бессонного, но невидимого паровоза, оглашающего все вокруг стальным лязгом. Река Гудзон казалась в свете неяркой осенней луны синечерной, а противоположный берег вставал, как нагромождение скал. Десятая авеню была темной и пустой; холодный октябрьский ветер разогнал на ночь глядя не только людей, но даже запахи. Лишь на углу Тридцать первой стрит теплилась жизнь: здесь горел костер, вокруг которого бродили подростки.

        Джино и Винсент видели, как с крыльца спускается отец, вышедший проводить семейство

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск