Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

23

им овладело удивление. Неужели его подстрелили изза куска сыра! И вот теперь он обливается кровью – он, который никогда никому не причинял вреда.

        Он нажал на спусковой крючок и увидел, как винтовка упала, увидел, как черная с белым кантом фуражка сержанта словно взлетела в воздух, а сам он, смертельно раненный, съежился и рухнул на каменистую землю. На таком расстоянии стрелять из пистолета почти бессмысленно, однако Гильяно показалось, что его рука протянулась вдогонку пуле и, словно кинжал, пробила глаз сержанту.

        Затарахтел пистолетавтомат, но пули, щебеча, словно птицы, летели поверху по безопасной кривой. Затем наступила мертвая тишина. Даже насекомые прекратили свой неумолчный стрекот.

        Тури Гильяно скатился в кустарник. Он видел, как лицо врага превратилось в кровавую маску, и это обнадеживало. Он не бессилен. Он попытался встать, и на сей раз ноги повиновались. Попытался бежать, но лишь одна нога шагнула вперед, другая же тащилась по земле. В паху было тепло и липко, штаны набухли, глаза застилал туман. Когда внезапно он очутился на свету, то испугался, что снова выскочил на поляну, и попытался повернуть назад. Тут тело его начало падать – не на землю, а в бесконечную, черную с красным отливом пустоту, и он понял, что падает туда навсегда.

        А на поляне молодой солдат снял палец со спускового крючка пистолетаавтомата, и треск прекратился. Контрабандист поднялся с земли с пачкой денег в руке и протянул ее другому солдату. Солдат направил на него пистолетавтомат и сказал:

        – Ты арестован.

        – Теперь тебе ведь нужно разделить ее только на двоих. Отпусти меня, – сказал контрабандист.

        Солдаты посмотрели на лежащего сержанта. Он, без сомнения, был мертв.

        – Я схожу за парнем в кустарник – он ведь ранен. Принесу тело, и вы оба станете героями. Только отпустите меня, – сказал контрабандист.

        Другой солдат поднял удостоверение личности, которое Тури Гильяно бросил на землю по приказанию сержанта. И громко прочитал:

        – Сальваторе Гильяно, город Монтелепре.

        – Сейчас его можно не искать, – сказал другой. – Мы доложим в штаб – это более важно.

        – Трусы, – сказал контрабандист.

        Это уже было оскорблением. За это они заставили его взвалить тело сержанта на свою лошадь и шагать к ним в казармы. Перед тем они отобрали у него оружие. Они очень дергались, и оставалось лишь уповать, что его не ухлопают по ошибке или из нервности. А в остальном все это его не слишком волновало. Он прекрасно знал фельдфебеля Роккофино из Монтелепре. Они и раньше прокручивали делишки, будут прокручивать и дальше.

        Никто из них и не вспомнил о Пишотте. А тот слышал все, что они говорили. Он лежал в глубокой ложбинке, поросшей травой, с ножом в руке. Он ждал, что они начнут искать Тури Гильяно, и собирался напасть на одного из них, перерезать ему горло и захватить автомат. Он был настолько ожесточен, что даже не чувствовал страха перед смертью, а услышав предложение контрабандиста принести труп Тури, навсегда запомнил лицо этого человека.

        Он знал, что Тури тяжело ранен и нуждается в помощи. Двигаясь по опушке, он обогнул поляну, чтобы добраться до той стороны, где исчез товарищ. В кустарнике никаких признаков его не было, и Пишотта побежал по тропинке, по которой они сюда шли.

        По– прежнему ничего, пока Пишотта не взобрался на огромный валун с выемкой на вершине. В этой каменной выемке собралась лужица почти черной крови, а по другую сторону валуна тянулась длинная лента липких яркокрасных капель. Он побежал дальше и остановился пораженный, увидев Гильяно, который лежал поперек тропинки, все еще зажав в руке смертоносное оружие.

        Пишотта опустился на колени, взял пистолет и сунул его себе за пояс. В это мгновение Тури Гильяно открыл глаза. Они горели страшной ненавистью, но смотрели кудато мимо Аспану Пишотты. Пишотта чуть не заплакал от радости и попытался поднять его на ноги, но сил не хватило.

        – Тури, попытайся подняться, я помогу тебе, – сказал Пишотта.

        Гильяно уперся руками в землю и приподнялся. Пишотта обхватил его за талию – ладонь потеплела и стала влажной. Он отдернул руку, отвернул рубашку Гильяно и с ужасом увидел у него в боку огромную зияющую рану. Он прислонил Гильяно к дереву, разорвал свою рубашку и, заткнув рану, чтобы остановить кровь, завязал рукава вокруг пояса. Обхватил друга рукой, а другой поднял левую руку Гильяно в воздух. Так, балансируя, он повел Гильяно осторожными мелкими шажками по тропе

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск