Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

58

И тем не менее он тихо произнес:

        – У тебя минута – покаяться перед богом.

        Фризелла взглянул вверх на окружавших его троих людей и увидел, что пощады ждать нечего. Он склонил голову и забормотал молитву. Затем взглянул на Гильяно и сказал:

        – Не дай умереть с голоду жене и сыну.

        – Обещаю тебе, что хлеб у них будет, – сказал Гильяно. И повернулся к Сильвестро: – Убей его.

        Капрал наблюдал за происходящим словно в оцепенении. Но при этих словах он нажал на спусковой крючок автоматического пистолета.

        Какоето время на площади царила тишина. Затем Пишотта нагнулся над телом и приколол белый листок бумаги на грудь убитого.

        Когда прибыл фельдфебель, этот листок был единственным свидетельством убийства. Владельцы окрестных лавок утверждали, что ничего не видели. Все они были заняты в глубине магазина. Или любовались облаками на Монте д’Оро. Клиент Фризеллы сказал, что умывался под краном, когда услышал выстрелы, – убийц он не видел. И тем не менее было ясно, кто это совершил. Квадратная бумажка на теле Фризеллы гласила: “ТАК УМРЕТ ВСЯКИЙ, КТО ПРЕДАСТ ГИЛЬЯНО”.

       

       

Глава 12

       

        Воина окончилась, но Гильяно только начал свою войну. В течение двух лет Сальваторе Гильяно стал самым известным человеком на Сицилии. Он был полновластным хозяином северозападной части острова. В центре его зоны находился городок Монтелепре. Он контролировал города ПьянидеиГречи, Боргетто и Партинико. А также кровавый город Корлеоне, жители которого прославились своей свирепостью по всей Сицилии. Сфера его действий почти достигала Трапани, под угрозой находились город Монреале и сама столица Сицилии Палермо. Когда новое правительство демократов в Риме объявило вознаграждение в десять миллионов лир за его голову, Гильяно рассмеялся и продолжал спокойно разъезжать по городам. Иногда он даже обедал в палермских ресторанах. В конце трапезы он всегда оставлял под тарелкой записку, которая гласила: “Это свидетельство того, что Тури Гильяно может ходить куда хочет”.

        Неприступной крепостью Гильяно были огромные подземные галереи в горах Каммараты. Он знал там все пещеры и все тайные тропы. Там он чувствовал себя неуязвимым. Ему нравилось смотреть сверху на Монтелепре, на равнину Партинико, которая уходила вдаль, к Трапани и Средиземному морю. Когда сгущались и становились голубоватыми сумерки – под цвет далекого моря, – он видел развалины греческих храмов, апельсиновые рощи, оливковые сады и хлебные поля Западной Сицилии. В бинокль он мог видеть придорожные часовенки, запертые на висячий замок, с запыленными святыми внутри.

        С этих гор он со своими людьми спускался на белесые, пыльные дороги, грабил правительственные автоколонны, останавливал поезда и избавлял богатых женщин от бриллиантов. Крестьяне, ездившие в своих раскрашенных повозках на святые праздники, приветствовали его сначала со страхом, а затем с уважением и любовью. Не было среди них ни одного пастуха или рабочего, который не получил бы чегонибудь из награбленного.

        Все окрестные жители стали его осведомителями. Дети, читая вечером молитву, просили Деву Марию “спасти Гильяно от карабинеров”.

        Сельские районы кормили Гильяно и его людей. Здесь ведь были оливковые и апельсиновые рощи, виноградники, овечьи стада. Пастухи смотрели в другую сторону, когда люди Гильяно приходили за однимдругим барашком. По этой территории Гильяно передвигался как призрак, исчезавший в голубоватой дымке, которая стелется по Сицилии, как бы повторяя лазурь Средиземного моря.

        Зимние месяцы в горах тянулись долго, было холодно. И тем не менее отряд Гильяно рос. По ночам склоны и долины Каммараты покрывались светлыми точками костров. При их свете люди чистили оружие, чинили одежду, стирали в ближайшем горном ручье. Подготовка к общему ужину иногда вызывала споры. У каждой деревни на Сицилии – свой рецепт приготовления осьминогов и угрей, люди не могли договориться, какие травы нельзя класть в томатный соус. И нужно ли жарить сосиски. Люди, лихо орудовавшие ножом, любили стирать; специалисты по похищениям предпочитали готовить и шить. Налетчики на банки и поезда занимались чисткой оружия.

        Гильяно заставлял их всех рыть оборонительные траншеи и установил посты наблюдения, чтобы правительственные войска не застали их врасплох. Однажды его люди обнаружили в земле скелет гигантского животного – такого они и представить себе не могли. В тот день Гектор Адонис привез книги для Гильяно, ибо теперь того интересовало

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск