Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

99

Гильяно не опровергнет ни одного из этих вопиющих обвинений в своих знаменитых письмах в газеты. Его молчание было странным.

        За две недели до общенациональных выборов Сильвио Ферра ехал на велосипеде из СанДжузеппеЯто в ПьянидеиГречи. Он проехал берегом реки Ято и обогнул подножие горы. Двое неизвестных окликнули его на дороге, но он, не останавливаясь, промчался мимо. Оглянувшись, он увидел, что эти двое бросились за ним, но скоро ему удалось от них оторваться. Когда он въезжал в ПьянидеиГречи, их уже не было видно.

        Следующие три часа Сильвио провел в клубе социалистов с партийными руководителями из окрестных селений. Совещание закончилось уже в сумерки, и Сильвио заторопился, чтобы попасть домой до наступления темноты. Он шел через площадь, ведя велосипед за руль и весело здороваясь со знакомыми. Вдруг его окружили четверо мужчин. Узнав в одном из них главаря мафии в Монтелепре, Сильвио вздохнул с облегчением. Кинтану он знал с детства, к тому же ему было хорошо известно, что в этом уголке Сицилии мафия не хотела портить отношения с Гильяно и не “наносила обид беднякам”. Поэтому он приветливо улыбнулся Кинтане и сказал:

        – Далековато ты забрался от дома.

        – Привет, приятель, – сказал в ответ Кинтана. – Мы с тобой немножко прогуляемся. Не поднимай шума и останешься цел. Нам просто надо с тобой кое о чем потолковать.

        – А почему нельзя прямо здесь? – спросил Ферра. Он почувствовал первый укол страха, какой испытывал на войне, но знал, что сумеет с ним справиться. Усилием воли он заставил себя держаться спокойно. Двое придвинулись к нему с боков и схватили за руки. Они повели его через площадь, легонько подталкивая. Велосипед, выпущенный из рук, покатился и упал набок.

        Ферра видел, что люди, сидевшие на улице перед своими домами, поняли, в чем дело. Конечно же, они придут к нему на помощь. Но после расстрела у прохода Джинестры в их души вселился страх. Ни один из них даже не вскрикнул. Сильвио Ферра попробовал упереться ногами в землю и повернуть к клубу. Даже отсюда было видно, что в дверях стояли несколько его товарищей по партии. Неужели они не понимают, что он попал в беду? Но ни один не двинулся с освещенного крыльца. Тогда он крикнул:

        – Помогите!

        Но ничто не нарушило деревенской тишины, и Сильвио Ферре стало за них невыносимо стыдно. Кинтана грубо подтолкнул его.

        – Не валяй дурака. Мы хотим только поговорить с тобой. Пошли, и чтоб больше не орать. А то твоим же друзьям худо будет.

        Уже почти стемнело, взошла луна. Сильвио почувствовал, как в спину ему уперся ствол винтовки, и понял, что если бы они действительно хотели его убрать, то сделали бы это прямо здесь, на площади. А всякого, кто попытается ему помочь, они действительно прикончат. Он последовал за Кинтаной в конец поселка. Может, всетаки обойдется: слишком уж много свидетелей, и наверняка ктото узнал Кинтану. Если сейчас он начнет сопротивляться, то от неожиданности они могут растеряться и разрядить в него свои ружья. Лучше выждать и выслушать их.

        Кинтана наставительно заговорил:

        – Вот что, прекратика эту глупую игру в коммунисты. Мы простили твой выпад против “Друзей”, когда ты обвинил их в том, что случилось у Джинестры. Но ты не вознаградил нас за терпение, а оно ведь, не ровен час, и лопнуть может. Ну разве это мудрый поступок? Смотри, вовремя не остановишься, придется нам оставить твоих деток сиротами.

        К тому времени они уже миновали поселок и вышли на скалистую тропу, ведущую к горе Кумета. В отчаянии Сильвио Ферра оглянулся, но позади не было ни души.

        – Неужели, – спросил он Кинтану, – ты лишишь детей отца изза такой ерунды, как политика?

        Кинтана хрипло расхохотался.

        – Я убивал даже за плевок, попавший на мой ботинок, – сказал он.

        Тут двое, что держали Ферру за руки, отступили, и Сильвио Ферра понял, что судьба его решена. Он бросился бежать по залитой лунным светом тропе.

        В деревне услышали выстрелы, и один из руководителей социалистической партии сообщил об этом карабинерам. На следующий день тело Сильвио Ферры было найдено на дне горного ущелья. Когда полицейские стали допрашивать местных жителей, оказалось, что никто из них ничего не видел. Ни четырех мужчин, ни Гвидо Кинтаны. Бунтарский дух бунтарским духом, но они оставались сицилийцами и не могли нарушить закон omerta. Однако все же ктото рассказал о том, что видел, одному из людей Гильяно.

        Христианские демократы победили на общенациональных

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск