Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

129

Вдвоем с Майклом они высматривали Пишотту. Дорога пошла в гору, за которой лежал Кастельветрано; на вершине холма они остановились, чтобы оглядеть главную улицу, протянувшуюся под ними. Отсюда Майклу было прекрасно видно, что творится внизу: въезд в город со стороны Палермо преграждали машины, причем машины военные; улицы кишели карабинерами в черной, с белой окантовкой, форме. Несмотря на вой сирен, по главной улице продолжала течь толпа. Вверху кружили два небольших самолета.

        Шофер выругался и затормозил у обочины. Повернувшись к Клеменце, он спросил:

        – Хотите, чтоб я ехал дальше?

        Майкл почувствовал, как внутри у него все похолодело.

        – Сколько человек ждет нас в городе? – спросил он Клеменцу.

        – Да маловато, – хмуро ответил Клеменца. Похоже было, что он чуть ли не испугался. – Майк, надо убираться отсюда. Надо возвращаться на катер.

        – Постойка, – сказал Майкл, увидев запряженную ослом повозку, которая медленно тащилась в гору по направлению к ним.

        Осла погонял старик в низко надвинутой на лоб соломенной шляпе. Колеса, оглобли и борта повозки были расписаны. Она остановилась рядом с ними. Морщинистое лицо возницы было бесстрастно; на старике были широкие холщовые штаны и черный жилет, обнажавший на удивленье мускулистые руки. Он подошел к машине и спросил:

        – Это вы, дон Клеменца?

        – Дядюшка Пеппино, – с облегчением воскликнул Клеменца, – что тут, черт побери, происходит? Почему никто из моих людей не встретил и не предупредил меня?

        Морщинистое лицо дядюшки оставалось таким же каменнобесстрастным.

        – Можете ехать в свою Америку, – сказал он. – Они убили Тури Гильяно.

        У Майкла както странно закружилась голова. Внезапно потемнело в глазах. Он подумал о стариках родителях Гильяно, о Юстине, которая ждала его в Америке, об Аспану Пишотте и Стефане Андолини. О Гекторе Адонисе. Тури Гильяно был для них путеводной звездой, и невозможно было представить себе, что эта звезда погасла.

        – Ты уверен, что именно его? – резко спросил Клеменца. Старик пожал плечами.

        – У Гильяно был такой обычай: он оставлял лежать труп или чучело, чтобы выманить карабинеров, а потом открывал по ним огонь. Но прошло уже два часа, а ничего такого не случилось. Тело лежит в том дворе, где они убили его. Уже слетелись газетчики из Палермо и фотографируют всех и каждого, даже моего осла сняли. Так что хотите верьте, хотите нет.

        Майкл почувствовал приступ дурноты, но всетаки нашел в себе силы сказать:

        – Придется поехать и своими глазами посмотреть. Я должен убедиться сам.

        – Жив он или мертв, мы ему больше не помощники, – грубо обрезал его Клеменца. – Я везу тебя домой, Майк.

        – Нет, – мягко возразил Майкл. – Мы должны поехать туда. А что, если нас ждет Пишотта? Или Стефан Андолини? Чтобы сообщить нам, что делать дальше. Может, это вовсе и не он, я не верю, что это он. Не мог он умереть сейчас, перед самым отъездом. Сейчас, когда его Завещание в Америке в надежных руках.

        Клеменца вздохнул. Он видел, как тяжела для Майкла эта весть. Может, это и в самом деле не Гильяно, и, может, Пишотта ждет их. А это все нарочно подстроено, чтобы отвлечь внимание властей, если те напали на след Гильяно.

        Солнце теперь уже стояло высоко. Клеменца велел своим людям припарковать машины и следовать за ним. Вдвоем с Майклом они прошли до конца улицы, заполненной народом. Толпа сгрудилась у поворота на соседнюю улицу, запруженную военными машинами; путь толпе преграждал кордон карабинеров. Вдоль этой боковой улицы стояли дома, отделенные друг от друга дворами. Пристроившись с краю, Клеменца и Майкл стали следить за происходящим. Офицер карабинеров пропускал через кордон официальных лиц и журналистов, предварительно проверив их документы.

        – Можешь ты чтонибудь сделать, чтобы мы проскочили мимо этого офицера? – спросил Майкл.

        Клеменца взял его за локоть и вывел из толпы.

        Через час они были в одном из домиков на боковой улочке. У этого домика тоже был небольшой дворик, и его отделяли всего двадцать домов от того места, где толпился народ. Клеменца оставил Майкла здесь с четырьмя людьми, сам же с двумя другими отправился в город. Они отсутствовали около часа; Клеменца вернулся глубоко потрясенный.

        – Плохо дело, Майк, – сказал он. – Для опознания тела они везут сюда из Монтелепре мать Гильяно. Здесь сам полковник Лука, командующий отрядами специального назначения. И со всего мира, даже из Штатов, прибывает пресса. Не

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск