Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

66

личиком, и вдыхал запах весеннего пробуждения города после долгой ужасной зимы.

        Сдвоенные трамваи со скрипом пробирались по городским улицам, оглашая утренний воздух веселыми звонками. Повернув на Метцерштрассе, Йерген заметил вдалеке Моску и его друзей, копошащихся около джипа. Потом его взгляд упал на Геллу: она стояла в тени дерева. Подойдя ближе, он увидел, что Моска, Лео и Эдди грузят в джип пожитки Моски: чемоданы и баулы с одеждой, деревянный ящик с консервами и небольшую угольную печку, которую Йерген для них раздобыл.

        Йерген тронул дочку за плечико:

        – Жизель, подкати коляску прямо к ним. Это будет для них сюрприз.

        Девочка весело улыбнулась и покатила коляску быстрее. Первой их заметила Гелла и, радостно вскрикнув, тяжело засеменила к ним навстречу.

        – Ну, как она вам нравится? – спросил Йерген не без гордости. – Я же вам обещал.

        – О, это замечательно, Йерген, это просто замечательно! – воскликнула Гелла. На ее тонком чистом лице был написан столь неподдельный восторг, что Йерген растрогался. Он любовно посмотрел на коляску: и впрямь красивая – низкая, обтекаемая, как гоночный автомобиль, выкрашенная в приятный кремовый цвет, с зеленым днищем, – на фоне голубого неба она казалась просто произведением искусства.

        – А вот моя дочка Жизель, – продолжал Йерген. – Она хотела сама привезти ее вам.

        Девчушка робко поклонилась, а Гелла неуверенно присела на корточки, и полы ее плаща упали на землю.

        – Спасибо тебе большое, – сказала она и поцеловала малышку в щечку. – Ты поможешь довезти ее до моего нового дома?

        Девочка важно кивнула.

        Подошел Моска. На нем был старый мятый комбинезон.

        – Я заплачу потом, Йерген, – сказал он, мельком взглянув на коляску. – Мы переезжаем на Курфюрстеналлее. Вы с Геллой можете дойти туда пешком. Мы приедем, как только погрузимся.

        – Конечно, конечно, – ответил Йерген. Он добродушно приподнял шляпу и сказал Гелле понемецки:

        – Милая дама, позвольте вас сопровождать?

        Она улыбнулась и взяла его под руку. Девочка с коляской шла впереди.

        Они шагали под порывами весеннего ветерка, пахнущего цветами и травой. Гелла застегнулась.

        Йерген увидел, как плащ плотно обтягивает живот, и испытал теплое чувство радости, смешанное с печалью. Его жена умерла, дочка растет без матери и теперь вот идет рядом с любовницей врага. Он думал, как бы изменилась его жизнь, если бы Гелла принадлежала ему, отдавая свою нежность и любовь ему и его ребенку и нося под сердцем новую жизнь, которая принадлежала бы им обоим. Как приятно было бы пройтись с ней в это прекрасное утро, и печаль и страх отступили бы от их сердец, и Жизель тоже была бы счастлива. В этот момент Жизель обернулась и одарила их обоих улыбкой.

        – Она уже совсем хорошо выглядит! – сказала Гелла.

        Йерген кивнул.

        – Сегодня я увезу ее в деревню. На месяц. Так посоветовал врач. – Йерген пошел медленнее, чтобы Жизель не слышала их разговора.

        – Помоему, она еще не оправилась после этой трудной зимы.

        Жизель ушла достаточно далеко, весело толкая коляску по залитому солнечными лучами тротуару. Гелла снова взяла Йергена под руку. Он продолжал:

        – Я хочу увезти ее подальше от этих развалин, от всего, что бы напоминало ей о смерти матери, куданибудь из Германии. – Он помолчал и добавил будничным тоном, словно повторял уже не раз сказанные слова, в которые сам ни капельки не верил:

        – Врач говорит, что тут она может сойти с ума.

        Жизель поджидала их, стоя в тени деревьев.

        Гелла обогнала Йергена, чтобы подойти к девочке первой, и весело сказала ей:

        – А хочешь прокатиться в коляске?

        Жизель закивала, Йерген помог ей забраться в коляску, и девочка свесила не умещающиеся внутри ножки по бокам. Гелла покатила коляску, приговаривая со смехом:

        – Ох, какой же у меня большущий ребенок! – и щекотала девочку под подбородком. Потом она припустилась бежать, чтобы разогнать коляску, но ей было трудно. Жизель не смеялась, но улыбалась во весь ротик и издавала тихие журчащие звуки, которые лишь отдаленно напоминали смех.

        Они подошли к длинной шеренге одинаковых каменных домов, вытянувшихся по Курфюрстеналлее. Гелла остановилась около первой калитки, за которой начиналась цементная дорожка к входной

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск