Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

104

        – Пожалуй, ты прав. Спасибо, Эдди. – И почемуто смущенно пожал Эдди Кэссинуруку, зная, что тот сделает все, что в его силах.

        – Ты домой? – спросил Эдди.

        – Нет, – ответил Моска. – Мне надо повидаться с Йергеном. – Он зашагал прочь и, не оборачиваясь, крикнул:

        – Я позвоню тебе из Франкфурта.

        Холодная осенняя луна освещала его путь к церкви. Он взбежал по ступенькам и не успел еще постучать, как Йерген открыл дверь.

        – Не шуми! – предупредил Йерген. – Моя дочка только заснула. Ее опять ктото испугал. – Они прошли в комнату. Изза деревянной ширмы доносилось дыхание спящего ребенка. Девочка дышала неровно – с долгими паузами. Он заметил, что Йерген чемто разозлен.

        – Ты приходил вечером? – спросил Йерген раздраженно.

        – Нет, – солгал Моска. Он запнулся, прежде чем ответить, и Йерген понял, что он солгал.

        – Я достал таблетки, – сказал Йерген. Он был даже рад тому, что Моска напугал его дочку: теперь он получил дополнительный заряд мужества, чтобы осуществить задуманное. – У меня есть пенициллин в ампулах и таблетки кодеина, но все это очень дорого стоит. – Он достал из кармана небольшую картонную коробку, раскрыл ее и показал Моске четыре темнокоричневые ампулы и квадратную коробочку крупных таблеток кодеина в красных облатках. Даже теперь он еще колебался: может быть, стоит признаться Моске, что за пенициллин он уплатил лишь незначительную часть обычной чернорыночной цены – значит, срок использования лекарства уже истек. Может быть, и за таблетки надо взять с Моски приемлемую цену… Но как раз в этот момент нервно всхлипнула во сне Жизель, и наступила мертвая тишина. Он заметил, что Моска смотрит на ширму. Они оба замерли, но девочка снова задышала – тяжело и неровно. У Йергена отлегло от сердца.

        – Цена такая: пятьдесят блоков сигарет.

        В глазах Моски загорелись два черных огонька.

        Моска в упор посмотрел на Йергена, внезапно озаренный жестокой догадкой.

        – Хорошо, – сказал Моска. – Неважно, сколько это стоит. Ты уверен, что тут нет наколки?

        Йерген помедлил с ответом лишь несколько секунд, но за это время он успел подумать о многом.

        Ему требуется очень много сигарет – тогда он осуществит свой план и через месяц сможет покинуть Германию. Гелле, возможно, вовсе и не нужен пенициллин, бременские врачи, видя, что у девушки американский друг, нарочно советовали применять пенициллин, чтобы иметь возможность припрятать его у себя. И он снова подумал о дочке: самое главное для него – ее выздоровление.

        – Не сомневайся. Я гарантирую, – сказал Йерген. – Этот человек никогда меня не обманывал. – Он дотронулся рукой до груди. – Я беру на себя всю ответственность.

        – Хорошо, – сказал Моска. – Теперь послушай. У меня есть двадцать блоков, может, я сумею достать еще. Если не смогу, заплачу тебе из расчета пять долларов за блок – купонами или чеками «Америкэн экспресс». Согласен? – Он знал, что играет честно и что Иерген его явно надувает, но все еще был под впечатлением от своей стычки с адъютантом. Его охватила неодолимая усталость, чувство одиночества и безнадежности. Мысленно он чуть ли не на коленях умолял этого фрица проявить сочувствие и жалость, и Иерген, почувствовав это, вдруг заупрямился.

        – Мне придется расплачиваться сигаретами, – сказал он. – Ты должен заплатить сигаретами.

        За ширмой сонно застонала девочка. Моска вспомнил, как стонет Гелла от боли: она уже, наверное, заждалась его.

        Он предпринял последнюю попытку.

        – Лекарства нужны мне сейчас.

        – Я должен получить сигареты сегодня. – Теперь в голосе Йергена послышались злорадноторжествующие нотки. Впрочем, он и сам не отдавал себе в этом отчета: просто он не любил этого америкашку.

        Усилием воли Моска заставил себя успокоиться: ему было стыдно и страшно за то, что он учинил в клубе. Теперь нельзя больше допускать такие срывы. Он взял картонную коробку, сунул ее себе в пиджак и сказал беззлобно:

        – Пошли со мной, я дам тебе двадцать блоков и деньги. В ближайшие дни постараюсь достать остальные сигареты, и потом ты вернешь мне деньги.

        Иерген понял, что назад лекарства ему уже не – получить. У него все похолодело внутри. Он был не трус, но его всегда страшила мысль, что дочка останется в этой разоренной стране. Он

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск