Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

104

джентльмен. Зажег Кимберли сигарету, заказал ей выпивку, не торопил ее, хотя видно было, что весь исходит от желания засунуть ей поскорее.

        Блейд допивал свою рюмку, когда Ким подала ему сигнал. Он увидел, что она собирается встать, возясь со своей сумкой и Бог знает что в ней разыскивая. Блейд вышел из бара на улицу. Стояла ясная весенняя ночь, и запахи горячих сосисок, гамбургеров и лука, жарившихся в гриле на открытой террасе ресторана, пробудили у него чувство голода, но с этим можно подождать, пока не будет сделано дело. Он пошел по 42й улице. Хотя уже наступила полночь, люди здесь все еще толпились, их лица освещались бесчисленными неоновыми огнями кинотеатров, ресторанов, гигантских реклам, лампами, освещавшими входы в отели. Он любил пройтись от Седьмой авеню до Девятой. Блейд зашел в дом и занял свою позицию на лестничной площадке. Отсюда ему было удобно выйти, когда Кимберли обнимет клиента. Он зажег сигарету и вытащил дубинку, спрятанную в футляре под пиджаком.

        Он слышал, как они вошли в холл, как захлопнулась входная дверь, как позвякивает чтото в сумке Кимберли. Потом раздался голос Ким, произносившей условленные слова: «Тут всего один пролет». Блейд выждал минуты две прежде чем шагнуть из своего укрытия, и приостановился перед открывшейся ему прелестной сценкой – на первой ступеньке лестницы стояла Ким, раздвинув ноги, ее красивые ляжки были обнажены, а тот приятный мужчина вытащил свой член и пихает его в Кимберли. На мгновение Блейду показалось, что Ким взлетает в воздух, а затем он с ужасом увидел, что она взлетает все выше, и ступеньки взлетают вместе с ней, потом он увидел у себя над головой чистое небо, словно всю верхушку дома срезало. Блейд пытался найти какуюнибудь дыру, чтобы спрятаться от камней, сыпавшихся с неба. Он поднял руку с дубинкой, чтобы просить, молить, призвать свидетелей, что его жизнь не может вот так оборваться. Все это произошло за какуюто долю секунды.

        Сесил Кларксон и Изабел Домейн вышли из бродвейского театра после представления прелестного мюзикла и прогуливались по 42й улице в Таймссквер. Они были черными, как и большинство людей на здешних улицах, но ни в коей мере не походили на Блейда Букера. Сесилу Кларксону было девятнадцать и он учился в Новой школе социальных исследований. Изабел исполнилось восемнадцать, она посещала все спектакли на Бродвее, потому что обожала театр и мечтала стать актрисой. Они были влюблены друг в друга, так как это бывает только в юности, и абсолютно уверены, что они одни такие во всем мире. Они шли от Седьмой авеню к Восьмой, купаясь в слепящем свете неоновых ламп, их красота создавала вокруг них магический щит, отгораживавший от попрошаек, пропойц, полусумасшедших наркоманов, карманных воришек, сводников. Сесил был высоким и сильным парнем, по его виду становилось ясно, что он убьет любого, кто прикоснется к Изабел.

        Они остановились у закусочной, где в гриле жарились сосиски и гамбургеры, и перекусили на воздухе, не заходя внутрь, где пол замусорен бумажными салфетками и тарелочками. Сесил запивал сосиски и гамбургеры пивом, а Изабел – пепсиколой. Они глазели на копошащуюся даже в такой поздний час толпу, невозмутимо наблюдали за возней этих людишек, отбросов города, и им в голову не приходило, что грозит какаято опасность. Они испытывали жалость к людям, у которых не было никаких надежд, как у них двоих, такого замечательного будущего и такого настоящего, заполненного нескончаемым блаженством.

        Когда людская волна поредела, парочка влюбленных направилась от Седьмой авеню к Восьмой. Над разноцветным покровом неоновых ламп мерцало небо. Изабел ощутила на своем лице дуновение весеннего ветерка и прижалась к плечу Сесила, положив одну руку ему на грудь, а другой лаская шею. Сесил испытывал в эту минуту безудержную нежность к ней. Они были на верху блаженства, молодые, охваченные любовью, как и миллиарды людей до них, переживая один из самых восхитительных моментов в их жизни.

        Внезапно, к изумлению Сесила, все ослепительные огни погасли и остался только свод неба с тусклыми звездами, а затем оба они в своем блаженстве превратились в ничто.

        Группа из восьми туристов, приехавших в НьюЙорк на неделю пасхальных каникул, шла от собора Святого Патрика, с Пятой авеню они свернули на 42ю улицу и не спеша брели туда, куда их зазывал свет неоновых ламп. Когда они добрались до Таймссквер, то испытали разочарование. Эту площадь они видели по телевизору, когда в канун Нового года здесь собираются сотни тысяч людей, чтобы попасть в объектив камеры и поприветствовать наступающий год.

        Однако было так грязно, что мусор ковром устилал улицы. Толпа прохожих выглядела опасной, пьяной, отравившейся наркотиками, а может, свихнувшейся от того, что заперта среди этих огромных стальных башен, мимо которых они должны

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск