Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

191

доктор.

        Пятью этажами ниже, в подвале клиники, в пневматической трубке находился шприц, содержащий радиоактивный кислород, циклотрон с меченой водой.

        Когда из кабинета поступила команда, эта трубка, как ракета, взлетела по скрытым в стенах клиники каналам.

        Доктор Аннакконе, вскрыв пневматическую трубку, взял в руки шприц, подошел к испытательному стенду и обратился к Кеннеди. Опять голос его звучал глухо, когда Кеннеди услышал слово «инъекция» и затем почувствовал, как доктор в темноте нашел его руку и воткнул иглу.

        Отгороженные стеклянной стеной члены президентского штаба могли видеть только ноги Кеннеди. Доктор Аннакконе, присоединившись к ним, включил компьютер, расположенный высоко на стене, чтобы они могли следить за функционированием мозга Кеннеди. Они наблюдали за тем, как меченый атом циркулирует в его крови, излучая позитроны, частицы антиматерии, которые сталкиваются с электронами, и при этом возникают взрывы энергии гаммалучей.

        Они видели, как радиоактивная кровь врывалась в кору головного мозга, порождая потоки гаммалучей, немедленно фиксируемых кольцом радиоактивных кристаллов. Все это время, повинуясь указаниям доктора, Кеннеди смотрел на белый крест.

        Затем через микрофон, вмонтированный в установку, Кеннеди услышал вопрос, заданный Аннакконе:

        – Знали ли вы, что взрыв атомной бомбы в НьюЙорке можно было предотвратить?

        – Нет, не знал, – ответил Кеннеди, и внутри черного цилиндра его слова, казалось, отлетели от стенок и, как ветерок, коснулись лица.

        Доктор Аннакконе следил за экраном компьютера, расположенным над его головой.

        Компьютер показывал рисунок синей массы мозга, аккуратно уложенной в черепной коробке Кеннеди.

        Члены штаба с волнением смотрели на экран.

        Однако в нем не появились ни предательская желтая точка, ни красное кольцо.

        – Он говорит правду, – весело заявил доктор Аннакконе.

        Кристиан Кли почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Он знал, что не смог бы пройти подобное испытание.

       

       

24

       

        На следующий день после того, как президент Фрэнсис Кеннеди проходил мозговое испытание, Кристиан Кли отправился с визитом к Оракулу.

        После обеда они перебрались в библиотеку, где царил полумрак и обстановка располагала к доверительной беседе.

        Кристиан занялся бренди и сигарами, а Оракул задремал в своем креслекаталке.

        – Кристиан, – вдруг произнес Оракул, – я думаю, что тебе пора сдвинуться с места. Сегодня по телевизору заявили, что Кеннеди прошел испытание, и он не повинен в скандале с атомной бомбой. Он в полном порядке. Так когда, черт возьми будет прием по случаю моего дня рождения?

        Вот неугомонный старик, подумал Кристиан, разве ему скажешь, что все забыли про его день рождения.

        – Мы все спланировали, – начал он. – После инаугурации президента в следующем месяце мы устраиваем большой прием в Розовом саду Белого дома. Будет присутствовать премьерминистр Великобритании, чей отец был одним из ваших друзей. Вы останетесь довольны. Основной смысл всего праздника будет заключаться в том, что вы – символ прошлого Америки, Великий Старик нашей страны, воплощение ее процветания, трудолюбия, возможностей человека подняться от самых низов до вершины, короче говоря, того, что может произойти только в Америке. Мы преподнесем вам цилиндр Дяди Сэма со звездами и полосами.

        Оракул отозвался на эту лесть легким смешком. Кристиан улыбнулся ему и допил бокал бренди, чтобы поддержать хорошее расположение духа.

        – А что от этого будет иметь твой друг Кеннеди? – поинтересовался Оракул.

        – Фрэнсис Кеннеди станет олицетворять будущее Америки, – ответил Кристиан. – Американский народ начнет жить в условиях более прочного общественного договора, люди будут крепче связаны между собой. То, что вы посеяли, Кеннеди взрастит до подлинного величия.

        Глаза Оракула сверкнули в полумраке библиотеки.

        – Кристиан, какого дьявола ты пытаешься заморочить мне голову после всех лет нашей дружбы? Заткни свои символы себе в задницу. Какой Общественный договор? С чем его кушают? Слушай меня. Есть только те, кто управляет, и те, кем управляют. Вот и весь твой Общественный договор. А все остальное только купляпродажа.

        – Я поговорю с Дэйзи и вицепрезидентом, – засмеялся Кристиан. – Кеннеди сделает все, что

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск