Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

201

связь, я чтонибудь для тебя подберу.

        – Я буду в порядке, – заверил Дэвид Джатни.

        Хок внимательно посмотрел на него.

        – Ты очень похудел, Дэвид. Может, тебе поехать домой и пожить там немного. Чистый воздух Юты и спокойная жизнь мормонов помогут тебе. Этот ребенок – сын твоей любовницы?

        – Да, – ответил Джатни. – Она не совсем моя любовница, а скорее друг. Мы живем вместе, потому что она хочет сэкономить деньги на плате за квартиру и поехать в Индию.

        Хок на мгновение нахмурился, собираясь чтото сказать, и Джатни впервые увидел раздражение на его лице.

        – Если ты будешь финансировать каждую девушку в Калифорнии, которая хочет поехать в Индию, то пропадешь, – сказал Хок, а потом весело добавил. – У них у всех, похоже, есть дети.

        Он присел к письменному столу, вытащил из ящика толстую чековую книжку, чтото в ней написал и, вырвав листок, вручил его Джатни.

        – Это вместо всех подарков на дни рождения и по случаю окончания учебы, послать которые у меня никогда не хватало времени.

        Он улыбнулся Дэвиду. Джатни глянул на чек и поразился, увидев, что он на пять тысяч долларов.

        – О, Хок, я не могу принять этого! – воскликнул он.

        Дэвид почувствовал на глазах слезы благодарности, унижения и ненависти.

        – Можешь, можешь, – сказал Хок. – Я хочу, чтобы ты немного отдохнул и развлекся. Вероятно надо купить этой девушке билет до Индии, чтобы она получила желаемое, а ты станешь делать что хочешь. Беда с девушкамидрузьями в том, что ты имеешь все неприятности любовника и никаких преимуществ друга. Есть еще, конечно, этот симпатичный малыш. Быть может, я в будущем чтонибудь для него сделаю, если решусь снять детскую картину.

        Джатни понял все, что сказал Хок, и сунул чек в карман.

        – Да, – согласился он, – Кэмпбелл хорошенький мальчик.

        – Дело не только в этом, – возразил Хок. – Обрати внимание, какое у него тонкое лицо, словно созданное для трагедии. Ты смотришь на него и чувствуешь, что сейчас заплачешь.

        И Джатни подумал, как умен его друг Хок, который выразил словами то, что чувствовал Джатни. Тонкость – подходящее слово, хотя и необычное для определения типа лица Кэмпбелла. Ирен была стихийной силой, которая создавала будущую трагедию.

        Хок обнял его и сказал:

        – Дэвид, держи со мной связь. Я это говорю всерьез. И вообще не падай духом. Когда ты молод, у тебя все впереди.

        Он подарил Кэмпбеллу модель великолепного самолета будущего, мальчик прижал ее к груди и спросил:

        – Дядя Джат, я могу это взять?

        Джатни увидел улыбку на лице Хока и сказал:

        – Передайте от меня привет Розмари.

        Он хотел произнести эти слова в течение всей встречи.

        Хок кинул на него удивленный взгляд.

        – Передам, – пообещал он. – Я, Джибсон и Розмари приглашены на инаугурацию Кеннеди в январе. Тогда и передам.

        Дэвид Джатни вдруг ощутил, что его выкинули из этого мира. Люди, которых он знает – он обедал с ними, спал с Розмари, а правильнее сказать, трахнул ее – теперь собираются взойти на самый верх без него. Он взял Кэмпбелла за руку, и прикосновение шелковистой кожи придало ему уверенность.

        – Спасибо за все, Хок. – Я буду держать вас в курсе моих дел. Может я поеду в Юту на несколько недель. Например, к Рождеству.

        – Это будет замечательно, – тепло сказал Хок. – Ты должен чаще навещать родителей. Дети не знают, как тоскуют без них матери и отцы.

        Но когда Хок провожал их до дверей своего кабинета, продолжая похлопывать Дэвида Джатни по спине, Джатни с неожиданной яростью подумал, откуда он, черт возьми, может это знать? У него никогда не было детей.

        Лежа на диване в ожидании возвращения Ирен, и глядя, как дымка рассвета просачивается сквозь окно гостиной, Джатни думал о Розмари Белэйр. О том, как она повернулась к нему в постели и вся растаяла в его теле. Он помнил запах ее духов, странную тяжесть ее тела, вызванную, вероятно, действием снотворного, ее вид утром в спортивном костюме и то высокомерие, с каким она отослала его прочь. Он вновь переживал тот момент, когда она предложила ему деньги, чтобы он мог дать на чай шоферу, и как он отказался взять их. Зачем только он оскорбил ее, зачем сказал, что ей лучше знать, сколько следует заплатить шоферу, будто ее тоже отправляли домой таким манером и при таких же обстоятельствах?

        Джатни

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск