Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

48

это правда? – спросила она. – Это правда. – Она запнулась. – Он и в самом деле убивал?

        Майкл кончил причесываться.

        – Не знаю, – сказал он. – Никто не знает. Но я не буду удивлен, если узнаю, что это правда.

        – Когда мы снова увидимся? – спросила она его уже у двери.

        Майкл поцеловал ее.

        – Я хочу, чтобы ты поехала домой и поразмыслила над всем этим у себя в деревне, – сказал он. – Я не хочу, чтобы ты была замешана в это дело. После рождественских каникул я вернусь в университет, и мы встретимся в Ганновере. Окэй?

        – Окэй, – ответила она.

        Он вышел и перед дверью лифта еще раз помахал ей на прощание рукой. Никогда она не ощущала такой близости к нему, никогда не чувствовала такой любви, и скажи ей ктонибудь, что она снова встретится с ним только через два года, она ни за что бы не поверила бы.

        Майкл вышел из такси у Французского госпиталя и был очень удивлен, увидев, что улица совершенно пуста. Войдя в больницу, он еще больше удивился, не встретив в вестибюле ни души. Чем, черт бы их побрал, занимаются Клеменца и Тессио? Разумеется, они никогда не учились в ВестПойнт, но у них достаточно ума, чтобы расставить охрану. По меньшей мере два человека должны были сторожить в вестибюле.

        Давно ушли последние из посетителей. Было уже почти половина одиннадцатого, Майкл не стал останавливаться у информационного окошка. Он вошел в лифт. Никто его не остановил, и он беспрепятственно прошел мимо окошка сестры к палате отца. У двери палаты тоже никого не было. Где, черт побери, детективы, где, черт побери, люди Клеменца и Тессио? Может быть ктото находится внутри? Но дверь была открыта. Майкл вошел в палату. На кровати лежал человек, и при свете декабрьской луны он увидел лицо отца. Оно ничего не выражало, грудь неравномерно поднималась и опускалась. Со стального штатива, стоявшего возле кровати, свешивались трубочки, концы которых были засунуты в рот больного. Майкл постоял несколько минут и, убедившись, что все в порядке, вышел из палаты.

        Он подошел к сестре.

        – Меня зовут Майкл Корлеоне, – сказал он. – Я пришел навестить отца. Что случилось с детективами, которые должны были охранять его?

        Медсестра оказалась прелестным созданием.

        – О, у вашего отца было слишком много посетителей, и это мешало нам работать, – сказала она. – Около двадцати минут назад прибыла полиция и заставила всех разойтись. А пять минут назад позвонили из участка и срочно вызвали детективов. Они тоже ушли. Но не беспокойтесь, я каждые несколько минут заглядываю в палату. Для этого мы и оставляем двери открытыми.

        – Спасибо, – сказал Майкл. – Я посижу с ним несколько минут. Окэй?

        Она улыбнулась ему.

        – Но только несколько минут. Потом, боюсь, вам придется уйти. Таковы правила, вы ведь знаете.

        Майкл вернулся в палату отца. Он снял телефонную трубку и попросил связать его с домом в ЛонгБиче, назвав номер телефона, который стоял в кабинете отца. Ответил Сонни.

        – Сонни, я в больнице, – прошептал Майкл. – Здесь нет никого из людей Тессио. У дверей нет детективов. Старик был совершенно беззащитен.

        Голос Майкла дрожал. Последовала длинная пауза, а потом раздался низкий голос Сонни:

        – Это и есть сюрприз Солоццо, о котором ты говорил.

        – Я тоже так думаю, – ответил Майкл. – Но как ему удалось устроить, чтобы полицейские всех выгнали? Что случилось с людьми Тессио? Иисус, неужели этот выродок Солоццо держит всю ньюйоркскую полицию в кармане?

        – Не волнуйся, мальчик, – голос Сонни и в самом деле успокаивал. – Нам снова повезло. Счастье, что ты пошел в больницу в такой час. Оставайся в палате старика. Через четверть часа там будет несколько человек. Сиди спокойно и не бойся. Окэй, мальчик?

        – Я не боюсь, – ответил Майкл. Впервые с начала всей этой истории он почувствовал дикую ненависть к врагам отца.

        Он положил трубку и позвонил в колокольчик сестре. Он решил на этот раз действовать сам. Когда сестра вошла, он сказал:

        – Нам придется перенести отца в другую комнату или на другой этаж. Ты можешь вынуть все эти трубочки, чтобы нам было легче выкатить кровать?

        – Это смешно, – сказала сестра. – Мы должны получить разрешение врача.

        Майкл говорил теперь очень быстро.

        – Ты, наверное, читала о моем отце в газетах. Видишь, сегодня ночью, его никто не охраняет. Мне только что стало известно, что его

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск