Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

112

        Дон прошел через комнату к своему огромному кожаному креслу и сел. Движения его были несколько резкими, одежда на нем висела, но Хагену он казался прежним доном. Усилием воли, казалось, игнорировал дон внешние признаки своей телесной слабости. Выпрямившись в кресле, он сказал Хагену:

        – Дай мне капельку арака.

        Хаген вынул из бара бутылку и налил себе и дону напиток с лакричным вкусом. Это был крестьянский напиток домашнего изготовления, намного крепче тех, что продаются в магазинах, подарок старого друга, который из года в год поставлял дону грузовик спиртных напитков.

        – Моя жена перед сном плакала, – сказал дон Корлеоне. – В окно я видел обоих капорегимес, а сейчас полночь. Помоему, консильори, ты должен рассказать своему дону то, что всем известно.

        – Матери я ничего не говорил, – тихо ответил Хаген. – Я собирался разбудить тебя и рассказать все новости. Через минуту я поднялся бы наверх.

        – Но сначала ты должен был выпить рюмочку? – спросил дон.

        – Да, – ответил Хаген.

        – Ну, ты свою рюмку уже выпил, – сказал дон. – Теперь можешь мне рассказать.

        В этих словах чувствовался едва заметный упрек.

        – Они стреляли в Сонни, на мосту, – сказал Хаген. – Он умер.

        Глаза дона Корлеоне заблестели. На долю секунды стала видна его немощь. Но усилием воли он взял себя в руки.

        Он сложил руки перед собой на столе, и посмотрел в упор на Хагена.

        – Расскажи, как все произошло, – сказал он. – Он поднял одну из рук. – Нет, подожди Клеменца и Тессио, чтобы не пришлось повторять все сначала.

        Через несколько минут телохранители привели в комнату обоих капорегимес. Они сразу поняли, что дону все известно и обняли его на правах старых друзей. Все выпили по рюмочке арака, и Хаген приступил к докладу.

        Дон Корлеоне задал лишь один вопрос:

        – Точно установлено, что мой сын умер?

        Ответил Клеменца.

        – Да, – сказал он. – Телохранители были из отряда Сантино, но выбирал их я. По возвращении домой я их допросил. Они видели труп при свете прожектора таможенной будки. Он не мог выжить с такими ранами. Они ручаются за свои слова.

        Кроме нескольких минут молчания ничто не выдало волнения дона Корлеоне, когда он выслушивал этот окончательный приговор.

        – Никто из вас не будет заниматься этим делом, – сказал он. – Никто из вас не попытается мстить, никто из вас не займется без моего приказа розысками убийц. Без моего приказа не будет больше никаких военных действий против пяти семейств. До похорон моего сына наше семейство прекращает все дела. Потом встретимся и решим, что делать. Сегодня ночью мы должны сделать все, что в наших силах для Сантино, мы должны похоронить его, как христианина. Я позабочусь о том, чтобы мои друзья уладили все процедуры с полицией и другими учреждениями. Клеменца, ты и твои люди остаетесь при мне телохранителями. Ты, Тессио, позаботишься о безопасности остальных членов семьи. Том, я хочу, чтобы ты позвонил Америго Бонасера и сказал ему, что этой ночью он мне понадобится. Пусть ждет меня в своем заведении. Это может продлиться час, два часа, три часа. Все поняли?

        Трое мужчин утвердительно кивнули головами.

        – Клеменца, – сказал дон Корлеоне, – приведи нескольких людей с машинами и ждите меня. Я буду готов через несколько минут. Том, ты поступил правильно. Я хочу, чтобы утром Констанца была с матерью. Пусть они с мужем переселятся на аллею. Позаботься о том, чтобы к Сандре пришли ее подруги. Моя жена придет туда после того, как я с ней поговорю. Жена расскажет ей о несчастье, а женщины позаботятся о молитвах за упокой его души.

        Дон встал из своего кожаного кресла. Остальные мужчины тоже встали, а Клеменца и Тессио снова обняли дона. Хаген открыл дверь, и дон внимательно посмотрел на него. Потом дон положил ладонь на щеку Хагена, спешно обнял его и сказал поитальянски:

        – Ты был хорошим сыном. Ты меня утешаешь.

        Сказав это, дон поднялся в спальню, чтобы поговорить с женой. Хаген позвонил Америго Бонасера и сказал могильщику, что этой ночью он должен погасить свой долг.

       

       

       

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

       

20

       

        Убийство Сантино Корлеоне потрясло весь преступный мир Америки. И когда стало известно, что дон Корлеоне встал с больничной койки, чтобы взять управление семейным делом в свои руки, когда шпионы сообщили, что на похоронах дон Корлеоне выглядел совершенно здоровым,

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск