Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

155

        Послышался стук в дверь и два официанта вкатили столик с едой и серебряными кофейниками. Джонни отослал их.

        Присев к столу, они съели заказанные Люси сэндвичи и выпили кофе. Джонни откинулся на спинку стула и зажег сигарету.

        – Значит, ты спасаешь жизни, – сказал он. – Как случилось, что ты переключился на аборты?

        В разговор вмешалась Люси.

        – Он хотел помочь несчастным девушкам, девушкам, которые могли покончить с собой или избавиться от ребенка какимто опасным способом.

        Джул улыбнулся и вздохнул.

        – Это не так просто, – сказал он. – Ведь я был хирургом. У меня хорошие руки как говорят игроки в бейсбол. Я вскрывал брюхо какогонибудь ублюдка и знал, что он умрет. Я оперировал их и знал, что рак или опухоль мозга вернуться, но отсылал их домой с улыбками и дружескими напутствиями. Входила красотка, и я отрезал ей грудь. Через год я вынимал из нее внутренности, как вынимают семечки из дыни. После всего этого она все же умирала. Тем временем мужья не переставали звонить: «Что показывают анализы?» Специально для этих телефонных разговоров я нанял секретаршу. Больную я видел только перед последними анализами и операцией. Со своими жертвами я проводил минимум времени: я ведь был, в конце концов, занятым человеком. На разговор с мужьями я отводил две минуты. «Все кончено», – говорил я им. И они никогда не могли расслышать этих слов. Вначале я думал, что сам того не сознавая, понижаю на этой фразе голос, и решил говорить громко. Но они все равно не слышали. Я переключился на аборты. Легко и красиво. Все счастливы. Это то же, что мыть посуду и оставлять раковину чистой. Мне это нравилось. Я это любил, любил делать аборты. Я не верю в то, что двухмесячный зародыш является человеческим существом, и моральных проблем у меня не было. Я помогал попавшим в беду девушкам и замужним женщинам, делая на этом немалые деньги. Я ушел с передовых позиций и, будучи пойманным за руку, чувствовал себя дезертиром. Мне повезло: друг потянул за нити и освободил меня, но с тех пор крупные больницы не дают мне оперировать. Поэтому я здесь. Даю хорошие советы, которые, как и в прежние времена, игнорируют.

        – Я их не игнорирую, – отозвался Джонни Фонтена. – Я их просто обдумываю.

        Люси удалось сменить тему разговора.

        – Что ты делаешь в Вегасе, Джонни? – спросила она. – Отдыхаешь после очередной роли или работаешь?

        Джонни покачал головой.

        – Майк Корлеоне хочет встретиться и поговорить со мной. Сегодня ночью он прилетает вместе с Томом Хагеном. Том сказал, что они встретятся и с тобой, Люси. Ты знаешь, в чем дело?

        Люси отрицательно покачала головой.

        – Завтра вечером мы все вместе поужинаем. Фредо тоже. Думаю, это связано с гостиницей. Казино в последнее время терпит убытки. Дон хочет, наверно, чтобы Майк проверил, в чем дело.

        – Я слышал, что лицо Майка наконецто исправлено, – сказал Джонни.

        Люси засмеялась.

        – Это, наверно, влияние Кей. Сразу после свадьбы он не хотел этого делать. Не могу понять, почему. Это выглядело ужасно, и он все время сморкался. Надо было еще раньше этим заняться. – Она помолчала. – Семейство Корлеоне попросило Джула присутствовать на операции.

        Джонни кивнул головой и сухо заметил:

        – Это я рекомендовал его.

        – О, – сказала Люси, – Майк теперь говорит, что хочет чтото сделать для Джула. Поэтому он приглашает нас завтра на ужин.

        – Он не надеялся ни на кого, – задумчиво произнес Джул. – Он попросил меня следить за каждым движением хирургов. Это была совсем не сложная операция. Каждый способный человек мог бы ее проделать.

        В спальне послышался шум, и все посмотрели на ширму. Нино пришел в себя. Джонни подошел к нему и уселся на кровати. Нино слабо улыбнулся.

        – Окэй, я перестану умничать, – сказал он. – Я и в самом деле чувствую себя скверно. Джонни, помнишь, что случилось год назад в ПальмСпрингсе? Ну с этими двумя красотками. Клянусь тебе, я тогда не завидовал. Даже радовался. Ты мне веришь, Джонни?

        – Конечно, Нино, – успокоил его Джонни. – Я тебе верю.

        Люси и Джул переглянулись. Они знали Джонни Фонтена и не могли поверить, что он способен отбить девушку у такого близкого друга, как Нино. И почему Нино говорит, что не завидует теперь, через год после этого случая? Одновременно у обоих мелькнула мысль, что Нино пьянствует на романтической почве, после того, как

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск