Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

164

означало полностью разрушить ее. Прожитые совместно два года еще сильнее укрепили в ней любовь к мужу.

        Она любила его за его удивительную порядочность. Он был справедлив ко всем окружающим его людям, причем во всем, даже в самых незначительных делах. Теперь многие приходили к нему посоветоваться и попросить об одолжении; люди относились к нему со страхом и уважением.

        Когда Майкл вернулся из Сицилии с изуродованным лицом, все в семье старались убедить его лечь на операцию. Мать Майкла не давала ему покоя. В одно из воскресений, когда все семейство собралось за одним столом на аллее, он закричала на сына:

        – Ты похож на гангстера из фильмов. Ради Христа и твоей несчастной жены дай исправить лицо. Ты ведь пускаешь сопли, как пьяный ирландец.

        Дон, который сидел во главе стола и наблюдал за происходящим, обратился к Кей:

        – Это тебе сильно мешает? – спросил он.

        Кей отрицательно покачала головой. Тогда дон сказал жене:

        – Он уже не в твоих руках, и это не твое дело.

        Старуха сразу умолкла. Не то, чтобы она боялась мужа; будет просто непочтением спорить с ним в присутствии посторонних.

        Но Конни, любимица дона, вошла с покрасневшим от жары лицом с кухни, где готовились воскресные блюда, и сказала:

        – Я считаю, он должен согласиться исправить свое лицо. До ранения он был самым красивым в семье. Ну, Майк, скажи, что ты это сделаешь.

        Майкл рассеяно взглянул на нее. Могло показаться, что он не слышал ни одного сказанного ею слова. Он не ответил.

        Но Конни подошла к отцу.

        – Заставь его это сделать, – сказала она дону. Обе ее ладони любовно покоились на плечах старика. Она была самым близким для него человеком, и только она могла позволить себе такую выходку. Дон легонько похлопал ее по плечу и сказал:

        – Мы все умираем с голоду. Сначала поставь на стол спагетти, а потом можешь болтать, сколько тебе угодно.

        Конни повернулась к мужу.

        – Карло, скажи Майку, чтобы исправил свое лицо. Может быть, тебя он послушает.

        По ее интонации можно было понять, что Карло и Майкл состоят в особо дружеских отношениях.

        Карло, красивый, с бронзовым загаром на лице и руках, отпил из стакана вино и сказал:

        – Никто не может указывать Майку, как ему поступать.

        После переезда на аллею Карло изменился. Он знал, где начинаются и где кончаются его полномочия в семье.

        Было во всем этом чтото, чего Кей не понимала и что ей не нравилось. Конни намеренно ластилась к отцу и, хотя это казалось искренним, женский глаз Кей сразу заметил фальшь. В ответе Карло было своеобразное смирение. Майкл на все это не обратил никакого внимания.

        Кей волновало не столько перекошенное лицо мужа, сколько постоянно текущий нос. Простая пластическая операция могла все исправить. Только по этой причине она и хотела, чтобы Майкл лег на операционный стол. Но она поняла, что он почемуто хочет сохранить искривленное лицо, и была уверена, что дон сочувствует Майклу и понимает его.

        После первых родов Майкл неожиданно спросил ее:

        – Хочешь, чтобы я исправил свое лицо?

        – Да, – ответила Кей. – Ты ведь знаешь детей. Представляешь, что будет чувствовать твой сын, когда вырастет и поймет, что твое лицо не совсем нормальное? Я просто не хочу, чтобы наш ребенок видел это. Мне лично все равно, поверь.

        – Окэй, – улыбнулся он ей. – Я это сделаю.

        Он подождал ее возвращения из больницы, а потом сделал все необходимые приготовления. Операция прошла хорошо. Результатов ранения теперь почти не было видно.

        Все в семье были очень рады, а Конни больше всех. Она навещала Майкла в больнице каждый день и приводила с собой Карло. Когда Майкл вернулся домой, она обняла его, поцеловала, а потом с умилением посмотрела на него и сказала:

        – Теперь ты снова мой красивый брат.

        На одного только дона это не произвело впечатления. Он пожал плечами и спросил:

        – Какая разница?

        Но Кей была благодарна Майклу. Она понимала, что он сделал это вопреки своим желаниям и наклонностям. Он сделал это, потому что она его попросила, и она единственный в мире человек, способный так на него повлиять.

        В день возвращения Майкла из ЛасВегаса, Рокко Лампоне подъезжал на своей машине к аллее, где он должен был взять Кей и отвезти ее в аэропорт. Живя словно в крепости, она чувствовала себя очень одиноко, и всегда встречала мужа, возвращавшегося

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск