Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

35

к телохранительнице.

        – Элен, пожалуйста, оставь нас. С ним я в полной безопасности.

        Элен одарила Асторре долгим взглядом. Если хотела произвести должное впечатление, ей это удалось. Как и Силк, Асторре отметил ее абсолютную уверенность в себе, уверенность картежника с тузом в рукаве или человека, имеющего при себе оружие, о местонахождении которого никому не ведомо. Асторре попытался определить, где оно спрятано. Узкие брюки, сшитый по фигуре пиджак. И тут он заметил разрез на брючине. Кобура на лодыжке. Не слишком удачное решение.

        Когда Элен уходила, он ослепительно ей улыбнулся. Но лицо телохранительницы осталось бесстрастным.

        – Кто ее нанял? – спросил Асторре.

        – Мой отец, – ответила Николь. – Я ею очень довольна. Видел бы ты, как она укладывала на землю тех, кто пытался позволить себе лишнее.

        – Могу себе представить, – усмехнулся Асторре. – Ты получила от ФБР досье старика?

        – Да. Такого списка якобы имевших место правонарушений мне видеть не доводилось. Я просто не могу в это поверить, тем более что они не смогли привести ни единого доказательства.

        Асторре знал, что должен следовать указаниям дона и отрицать правду.

        – Ты можешь дать мне его на пару дней?

        Глаза Николь затуманились.

        – Не думаю, что тебе стоит знакомиться с ним прямо сейчас. Я хочу провести анализ, подчеркнуть наиболее важные места, а уж потом отдам досье тебе. Сомневаюсь, что оно сможет тебе помочь. Возможно, тебе и моим братьям вообще не надо его читать.

        Асторре пристально посмотрел на Николь, потом улыбнулся.

        – Сущий кошмар?

        – Позволь мне внимательно изучить досье.

        Феды такие говнюки.

        – Как ты скажешь, так и будет. Только помни, дело это опасное. Почаще оглядывайся.

        – Для этого у меня есть Элен.

        – И я всегда готов тебе помочь. – Асторре легонько сжал руку Николь, чтобы заверить ее, что это не просто слова, но она ответила таким страстным взглядом, что ему стало не по себе. – Только позвони.

        Николь улыбнулась.

        – Позвоню. Но я в порядке. В полном.

        В элегантно обставленном кабинете с шестью выстроившимися вдоль стены телевизорами Маркантонио Априле вел переговоры с Ричардом Гаррисоном, главой крупнейшего рекламного агентства НьюЙорка. В этом высоком, с аристократическими чертами лица, одетом по последней моде красавце внешность манекенщика сочеталась с напором десантника.

        На коленях Гаррисона лежала пластмассовая коробка с видеокассетами. С абсолютной уверенностью, что вправе вести себя как хозяин, не спрашивая разрешения, он подошел к одному из телевизоров, вставил кассету в прорезь видеомагнитофона.

        – Посмотри. Это не мой клиент, но я думаю, что сделано блестяще.

        На экране появился рекламный ролик американской пиццы, главную роль в котором сыграл Михаил Горбачев, бывший президент Советского Союза. Горбачев с достоинством сидел за столом, не произносил ни слова, смотрел, как его внуки уплетают пиццу под восторженные крики собравшейся вокруг толпы.

        Маркантонио улыбнулся Гаррисону.

        – Чистая победа свободного мира. И что?

        – Прежний лидер сверхдержавы снимается в рекламном ролике американской компании, производящей пиццу. Потрясающе. Я слышал, что они заплатили ему всего полмиллиона.

        – Зачем ему это понадобилось?

        – Почему люди готовы унижаться? – задал Гаррисон риторический вопрос. – Ему срочно потребовались деньги.

        Внезапно Маркантонио подумал об отце. Дон презирал бы человека, который руководил огромной страной, но не сумел обеспечить финансового благополучия своей семье. Дон посчитал бы его круглым дураком.

        – Наглядный урок истории и человеческой психологии, – он посмотрел на Гаррисона. – Но, повторяю, и что?

        Гаррисон постучал пальцем по коробке с видеокассетами.

        – Здесь у меня другие ролики, и я чувствую, что не всем они понравятся. Есть спорные моменты. Мы с тобой давно и плодотворно работаем.

        Я хочу получить гарантии, что ты позволишь показать эти ролики по своему каналу. Остальные обязательно последуют за тобой.

        – Понятное дело, – кивнул Маркантонио.

        Гаррисон вставил другую кассету.

        – Мы купили права на использование в рекламных роликах умерших знаменитостей. Пусть и дальше служат на благо общества. Мы хотим, чтобы о них

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск