Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

44

и ко всем членам палаты представителей и сената.

        Когда Альфред Джинц выступил с предложением, чтобы Кеннеди самоустранился от переговоров, он сделал это вежливо и с тактом. Сенатор от штата НьюЙорк Томас Ламбертино заявил, что сенат тоже полагает, что президент должен отойти в сторону.

        Кеннеди встал и обратился ко всем собравшимся:

        – Благодарю вас за помощь и предложения. Мой штаб и я встретимся позднее, и вы будете поставлены в известность о принятых решениях. Я особенно благодарен конгрессмену Джинцу и сенатору Ламбертино за их предложение. Я рассмотрю его, но сейчас я должен сказать вам, что все инструкции и приказы будут исходить от меня лично. Ничто и никому не будет перепоручено. Это все, джентльмены. Пожалуйста, будьте на связи.

        Вице– президент Элен Дю Пре молча наблюдала за всем происходящим. Она знала, что сейчас не время возражать президенту, даже с глазу на глаз.

        Фрэнсис Кеннеди обедал с членами своего штаба на втором этаже Белого дома в большой столовой, выходящей на северозапад. За старомодным столом сидели Отто Грей, Артур Викс, Юджин Дэйзи и Кристиан Кли. Прибор для Кеннеди стоял на конце стола, так, чтобы у него было больше места, чем у остальных. Кеннеди, стоя, ждал, пока все рассаживались. Потом он мрачновато улыбнулся.

        – Забудьте всю чепуху, которую вы сегодня слышали. Дэйзи, передайте султану, что мы выполним все требования похитителей раньше, чем кончится срок в двадцать четыре часа. Мы не будем отправлять убийцу Папы в Италию, мы пошлем его в Шерабен. А вы, Викс, нажмите покрепче на Израиль. Они отпустят заключенных, в противном случае не получат ни одного американского ружья, пока я являюсь президентом. Передайте госсекретарю – никаких дипломатических переговоров, просто изложить нашу позицию.

        Затем он сел, разрешил лакею обслужить его и вновь заговорил:

        – Я хочу, чтобы присутствующие здесь знали – все, что я вынужден был говорить на этих совещаниях, не имеет никакого значения. Есть только одна цель – благополучно доставить Терезу домой, не дать им повода совершить еще одно преступление.

        Артур Викс держал руки на коленях, словно собирался отказаться от обеда.

        – Вы очень подставляетесь, – сказал он. – Надо немного поторговаться, это обязательно во всех случаях с захватом заложников. Вы должны выдвинуть ряд предложений, прежде чем сделаете то, что хотите. Тогда мы сможем оправдаться.

        – Я знаю это, – отозвался Кеннеди. – Но не хочу пользоваться такой возможностью. Кроме того, мне остался только один год и вы знаете, что я не буду добиваться переизбрания на следующий срок. Так какого черта они могут мне сделать? Отто, постарайтесь умилостивить лидеров конгресса и не тратьте время на Джинца. Этот сукин сын последние три года выступал против меня по каждому поводу.

        Собравшиеся за столом спокойно приступили к обеду, думая про себя, что Кеннеди ставит свою администрацию в трудное положение.

        Когда они уже пили кофе, в комнату торопливо вошел дежурный офицер и передал Кристиану Кли донесение, прочитав которое, тот обратился к Кеннеди:

        – Фрэнсис, я должен уехать в свой офис. Получено сообщение чрезвычайной важности, которое нельзя обсуждать по телефону. Как только я с ним ознакомлюсь, я вернусь. По всей видимости, это потребует твоего незамедлительного внимания.

        – Тогда какого дьявола, – вскипел Кеннеди, – они не явились сюда и не ознакомили нас обоих!

        Кристиан улыбнулся ему:

        – Я не знаю, но должна быть причина. Может, они не хотят беспокоить тебя, пока я не дам на то разрешения.

        Он лгал, его система была отлажена так, чтобы президент не мог ознакомиться ни с одним сообщением, пока его не просмотрит Кристиан. Но Кристиан знал и другое – впервые он получал из своего офиса сообщение с грифом высшей секретности. Оно должно содержать нечто убийственное.

        Кеннеди отпустил его нетерпеливым жестом. Понимая, что с ответом Кристиана не все ладно, что его сейчас в чемто обманывают, он всегда был весьма осторожен с критикой людей, работающих с ним, и тем более друзей. Кеннеди знал, что занимаемый им пост придает его словам и действиям слишком большой вес, и нельзя давать волю мелкому раздражению.

        Вскоре после его избрания президентом у него с Терезой произошла обычная дружеская перепалка по политическим вопросам. Он остался

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск