Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

80

паззла «Паззл (от puzzle) – картинкаголоволомка, которую надо составить из отдельных частей.» встанут на свое место.

        Проверить себя он мог, лишь схватившись с такими людьми, как Хескоу, Портелла, Тулиппа и Силк. Схватиться и обагрить их кровью свои руки.

        Асторре понадобился месяц, чтобы найти способ подобраться к Хескоу. Убить его не составляло труда, но мертвый он мог принести гораздо меньше пользы, чем живой. Угрозы сыну могли привести к обратному результату: Хескоу имитировал бы готовность к сотрудничеству, а на самом деле постарался бы избавиться от него. Асторре решил не говорить Хескоу, что знает, кто сидел за рулем автомобиля, в котором убийцы дона подъехали к кафедральному собору. Это могло до смерти напугать посредника.

        Тем временем люди Асторре постоянно следили за Хескоу. Выяснилось, что жизнь его не отличалась разнообразием. Он выращивал цветы, которые продавал оптом в цветочные магазины или самолично с придорожного лотка в Хэмптоне. Из развлечений он позволял себе посещение матчей команды своего сына. Так что в те вечера, когда «Вилланова» играла в баскетбол, дома его не бывало.

        В одну из январских суббот Хескоу отправился в НьюЙорк: в «Мэдисонсквергарден» «Вилланова» встречалась с «Темплом». Выходя из дома, он включил систему сигнализации. В повседневных мелочах его всегда отличала аккуратность:

        Хескоу чувствовал себя увереннее, зная, что принял все меры, чтобы обезопасить себя от той или иной неприятности. И Асторре решил поколебать эту уверенность.

        Джон Хескоу приехал в город и пообедал в китайском ресторане неподалеку от «Гардена». Вне дома он всегда ел у китайцев, потому что знал, что дома такой еды ему не приготовить. И ему нравилось, что тарелки ставились на стол под серебряными крышками и, сняв их, он мог обнаружить какойто приятный сюрприз. Нравились ему и сами китайцы. Занимались своим делом, не стремились завести разговор, не докучали излишней фамильярностью. А самое главное, никогда не обсчитывали. Сколько он ни проверял счет, все сходилось до последнего цента.

        Обед удался и в этот вечер. Он остановил свой выбор на любимых блюдах: утке попекински, раках и кантонском креветочном соусе. Заказал он и жареный белый рис, и несколько жареных клецок, и свиные ребрышки с пряностями. А закончил мороженым с зеленым чаем, отличающимся необычным вкусом, но показывающим, что человек знает толк в восточной кухне.

        Когда он прибыл в «Гарден», зал не заполнился и наполовину, хотя «Темпл» считался классной командой. Хескоу прошел по контрамарке, полученной от сына. Место оказалось в лучшем секторе, по центру, недалеко от площадки. Плохим игрокам контрамарок на такие места не давали. Так что он мог по праву гордиться таким сыном.

        Игра прошла скучно. «Темпл» раздавил «Вилланову», но Джоко набрал больше всех очков.

        После игры Хескоу спустился в раздевалку.

        Сын тепло обнял его.

        – Папа, как я рад, что ты смог приехать. Хочешь пообедать с нами?

        Чувство благодарности охватило Хескоу. Джоко вел себя как истинный джентльмен. Разумеется, парни не хотели, чтобы в их компанию затесался такой старикан. Онито собирались выпить, повеселиться, может, и потрахаться.

        – Спасибо, – Хескоу покачал головой. – Я уже пообедал, да и дорога предстоит дальняя.

        Ты играл отлично. Я тобой горжусь. А теперь самое время хорошо отдохнуть, – он поцеловал сына и ушел, думая о том, что ему очень повезло в жизни. Да и у сына хорошая мать, хотя она и оказалась никудышной женой.

        До Брайтуотерса Хескоу добрался за какойто час: в такое время автострады ЛонгАйленда практически пустовали. Он, конечно, устал, но, прежде чем войти в дом, заглянул в теплицы, чтобы убедиться, что температура и влажность не отклонились от заданных.

        В лунном свете, проникающем через стеклянную крышу, цветы приобретали особую, ни с чем не сравнимую красоту. Красное становилось чуть ли не черным, над белым возникал ореол. Хескоу любил смотреть на цветы, особенно перед тем, как лечь спать.

        Он неспешно пересек подъездную дорожку, отомкнул замок, открыл дверь, переступил порог, быстро нажал несколько кнопок на панели управления, иначе заревела бы сирена, и прошел в гостиную.

        Сердце у него ушло в пятки, а в следующее мгновение уперлось

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск