Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

49

«НьюЙорк Таймс», естественно, не стала публиковать письмо, а обычным порядком передала его в ФБР. Кристиан позвонил издателю «НьюЙорк Таймс» и попросил его не сообщать никому о письме, пока не будет закончено расследование, что тоже было обычной процедурой. Газеты уже в течение ряда лет получали подобные письма тысячами, и поскольку к ним привыкли, то письмо вместо субботы попало в ФБР только в понедельник.

        Где– то в середине ночи Питер Клут вернулся в свой кабинет, чтобы проверить, как справляется его штаб с тысячами телефонных сообщений от оперативных агентов, главным образом, из Бостона. Кристиан продолжал просматривать донесения по мере их поступления. Менее всего он хотел добавить эту проблему к тяжести других, лежащих на плечах президента. На какоето мгновение он подумал, может ли быть это еще одним витком заговора похитителей, но решил, что даже они не рискнут вести игру с такими высокими ставками. Здесь явно было какоето отклонение. Атомные психозы случались и раньше, обнаруживались сумасшедшие, объявлявшие, что они изготовили самодельную атомную бомбу, и требовавшие выкуп до ста миллионов долларов. Одно письмо даже содержало требование передать портфель акций Уоллстрита, долю в акциях корпорации «Интернэйшнл бизнес машин», «Дженерал моторс», «Сирс», «Тексако» и некоторых компаний генной технологии. Когда это письмо направили в департамент энергетики для психологической экспертизы, то ответ гласил, что оно не содержит угрозы бомбы, а террорист очень хорошо разбирается в делах фондовой биржи. В результате был арестован мелкий брокер с Уоллстрит, который растратил деньги своих клиентов и искал выхода из этой тупиковой для него ситуации.

        Сейчас действует какойнибудь другой сумасшедший, думал Кристиан, но тем не менее возникают сложности. Будут истрачены сотни миллионов долларов. Счастье, что письмо удалось утаить от средств массовой информации, хотя существуют некоторые вещи, которые эти мерзавцы не рискнут затронуть. Они знают, что в Законе о контроле над атомной бомбой есть секретные пункты, образующие брешь в священных свободах Билля о правах, оберегающих их. Следующие несколько часов Кристиан занимался тем, что молился, чтобы их миновала чаша сия, чтобы он не должен был утром идти к президенту и взвалить на него еще и эту ношу.

       

       

6

       

        В Султанате Шерабена Ябрил стоял в дверях угнанного самолета и готовился к следующему акту, который ему предстояло разыграть. После абсолютной сосредоточенности он позволил себе чуть расслабиться и оглядеть окружающую пустыню. Султан распорядился, чтобы ракеты были на месте, а радары работали. Танки образовали оцепление, чтобы машины телевизионных компаний не могли подъехать к самолету ближе, чем на сто ярдов, а за ними виднелась огромная толпа. Ябрил подумал, что завтра отдаст приказ, чтобы автобусам и толпе разрешили подойти гораздо ближе. Штурма он не опасался, самолет был щедро заминирован, Ябрил знал, что может взорвать его так, что косточки придется потом просеивать в песке пустыни.

        Потом он отошел от двери и уселся рядом с Терезой Кеннеди. В салоне первого класса они были вдвоем, так как террористы сторожили пассажировзаложников в туристском салоне, другие находились в кабине управления с экипажем.

        Ябрил постарался, чтобы Тереза успокоилась, и сказал ей, что с пассажирамизаложниками обращаются хорошо. Естественно, они не в самых комфортабельных условиях, но в таких же находится и она, и он сам.

        – Вы понимаете, – произнес Ябрил, скривив лицо, – не в моих интересах причинить вам вред.

        Тереза Кеннеди верила ему. Несмотря ни на что, она находила его смуглое, значительное лицо привлекательным, и, хотя знала, что он опасен, Ябрил ей всетаки нравился. По наивности своей она верила, что положение отца делает ее неуязвимой.

        – Вы можете помочь нам, – почти примирительно сказал Ябрил, – помочь вашим товарищам заложникам. Наше дело справедливое, вы сами сказали об этом несколько лет назад. Но американоеврейский истэблишмент был слишком силен. Они заткнули вам рот.

        Тереза Кеннеди отрицательно тряхнула головой.

        – Я уверена, что у вас есть свои оправдания, они всегда у всех находятся. Однако безвинные жертвы, находящиеся в этом самолете, не причинили вам и вашему делу никакого вреда. Они такие же люди, как и вы, и не

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск