Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

101

долларов, которых теперь никто не получит. Какая трагедия!

        – Нет! – выкрикнул он, вжимаясь в спинку стула.

        Свободной рукой Эспинелла схватила его за волосы, рывком подняла на ноги, выстрелила в шею. Хескоу буквально вырвало из ее руки, швырнуло на пол. Она присела у тела. Пуля разворотила горло. Эспинелла достала второй пистолет, из кобуры на лодыжке, вложила его в руку Хескоу, встала. В замке повернулся ключ, в комнату для допросов влетели оба копа с пистолетами в руках.

        – Мне пришлось его пристрелить, – объяснила Эспинелла. – Он пытался меня подкупить, а потом вытащил оружие. Вызовите санитарную машину, а в отдел расследования убийств я позвоню сама. Ничего не трогайте, не выпускайте меня из поля зрения.

        Следующим вечером Портелла напал на дом Силка. Его жену и дочь давно уже переправили в Калифорнию, на тщательно охраняемую базу ФБР. Силк по приказу директора находился в ньюйоркском отделении ФБР, так же, как и все его подчиненные, за исключением Билла Бокстона. Последний осуществлял общее руководство операцией по захвату бандитов, в которой участвовала и группа специального назначения. Инструкции Бокстон получил очень жесткие. ФБР не желало очередной кровавой бойни, которая вызвала бы шквал нападок со стороны защитников гражданских прав. Поэтому Бокстону предлагалось приложить максимум усилий, чтобы уговорить нападающих сдаться.

        Разрабатывали операцию Курт Силк, Билл Бокстон и командир спецподразделения Сестак, мужчина лет тридцати пяти с закаменевшим лицом, судя по выговору – выпускник Гарварда.

        Встретились они в кабинете Силка.

        – Я рассчитываю, что во время операции вы будете поддерживать со мной постоянный контакт, – сказал Силк. – Инструкции директора должны быть выполнены в полном объеме.

        – Не волнуйся, – успокоил его Бокстон. – У нас сто человек, а суммарная огневая мощь в несколько раз превосходит их. Они сдадутся.

        – Еще сто человек я расставил по внешнему периметру, – добавил Сестак. – Мы позволим им войти, но не выпустим.

        – Хорошо, – кивнул Силк. – После задержания доставьте их в наш ньюйоркский центр расследований. Мне не разрешено участвовать в допросах, но я хочу как можно скорее получить всю информацию.

        – А если чтото пойдет не так и их придется перестрелять? – спросил Сестак.

        – Тогда нас ждет служебное расследование, а директор будет очень недоволен. Реальность же такова: им предъявят обвинение в заговоре с целью совершения убийства и отпустят под залог.

        После чего они исчезнут в Южной Америке. Так что у нас есть лишь несколько дней, чтобы допросить их.

        Бокстон улыбнулся одними губами, а Сестак встретился с Силком взглядом.

        – Я думаю, что вы будете этим очень недовольны.

        – Да, меня это тревожит, – признал Силк. – Но директор больше озабочен политическими последствиями. Обвинение в заговоре – дело тонкое.

        – Понятно, – кивнул Сестак. – Значит, руки у нас связаны.

        – Совершенно верно.

        – Это просто безобразие, – покачал головой Бокстон. – Они попытаются убить сотрудника федерального ведомства, и это сойдет им с рук.

        Сестак с улыбкой переводил взгляд с одного на другого. Его сероватая кожа чуть покраснела.

        – Это все досужие измышления. Никто не знает, как все сложится на месте. Почемуто парни с оружием всегда думают, что по ним стрелять никто не может. Такая вот странная особенность человеческого характера.

        В тот же вечер Бокстон и Сестак отправились в НьюДжерси, к дому Силка. В окнах горел свет, создавая впечатление, что в доме ктото есть. На подъездной дорожке стояли три автомобиля, убеждая нападавших, что охранники тоже в доме. Машины заминировали. Они бы взорвались при попытке повернуть ключ зажигания. У дома Бокстон никого не увидел.

        – А где же твоя сотня людей? – спросил он Сестака.

        Тот широко улыбнулся.

        – Они у меня молодцы, так? Все рядышком, но даже ты их не видишь. Они уже на линии огня.

        А когда бандиты приедут, мы заблокируем дорогу. Мышеловка захлопнется.

        Бокстон остался рядом с Сестаком на командном посту, в пятидесяти ярдах от дома. С ними находились и четыре связиста в камуфляжной форме, сливающейся с окружающей дом растительностью. Сестак и его люди были вооружены автоматическими винтовками, Бокстон – лишь

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск