Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

44

бродили вдоль поблескивающей воды. Они отлично смотрелись, эти брат и сестра; он – высокий, интересный, смуглый, темноволосый, она – белокурая, с молочной кожей, синими глазами, которые светились умом и весельем. Но в ту ночь она пребывала в печали.

        – Чезаре, папа ошибся, заставив меня выйти замуж за Джованни. Он – плохой человек. Говорит со мной редко, а когда такое и случается, то лишь ворчит и жалуется. Не знаю, на что я и надеялась. Я понимала, что наша женитьба дает папе некие политические преимущества, но я и представить себе не могла, что буду так несчастна.

        Чезаре попытался хоть както утешить ее:

        – Креция, ты же знаешь, что Лодовико Сфорца попрежнему правит Миланом. Джованни помог укрепить нашу дружбу в критическое время.

        Лукреция кивнула.

        – Я понимаю. Но даже если мы и преклоняли колени перед алтарем на этой чрезмерно роскошной свадьбе, я смотрела на человека, который должен был стать моим мужем, и чувствовала: чтото не так. Я не знала, плакать мне или смеяться, когда видела всех этих лиловокрасных кардиналов, грумов в турецких костюмах из серебряной парчи. Вроде бы попала на праздник, однако чувствовала себя такой несчастной.

        – Неужели тебе ну ничего не нравилось? – с улыбкой спросил Чезаре.

        – Ты, – ответила она. – Ты, одетый в черное. И венецианские гондолы, украшенные двадцатью тысячами роз.

        Чезаре остановился, повернулся к сестре.

        – Меня это ужасно тяготило, Креция. Тяготила сама мысль о том, что тебя будут обнимать руки другого мужчины, какой бы веской ни была на то причина. Будь моя воля, я бы при этом не присутствовал. Но папа настоял.

        И сердце мое в тот день цветом не отличалось от костюма…

        Лукреция нежно поцеловала брата в губы.

        – Джованни – самодовольный хвастун. И ужасный любовник. Я всеми силами стараюсь ускользнуть от него, даже начинаю рыдать. Просто не могу выносить его запаха.

        Чезаре попытался скрыть улыбку.

        – Значит, с ним тебе не так хорошо, как со мной?

        Лукреция не смогла не засмеяться.

        – Любовь моя, ты и он для меня, как рай и ад.

        Они двинулись дальше, перешли маленький мостик, углубились в лес.

        – Твой муж чемто напоминает мне Хуана, – заметил Чезаре.

        Лукреция покачала головой.

        – Хуан молод. Может, с годами он изменится. Он, в отличие от меня, не понимает, какой у него брат.

        Чезаре долго молчал и заговорил потом очень серьезно:

        – По правде говоря, я думаю, что проклятие нашей семьи – Хофре, а не Хуан. Я готов терпеть его глупость, но роскошь, в которой он живет с Санчией, вызовет скандал. Сотня слуг на них двоих! Золотые тарелки, чаши, украшенные драгоценными камнями для двух сотен гостей, меньше они не принимают! Это безумие, бросающее тень на нашу семью. Сын Папы просто не имеет права на такие излишества.

        Лукреция согласно кивнула.

        – Я знаю, Чез. Папа тоже этим расстроен, пусть и не показывает виду. Но Хофре он любит меньше, чем нас, и, зная его слабости, дает ему поблажку.

        Чезаре вновь остановился, посмотрел на Лукрецию, залитую лунным светом. Ее светлая кожа, казалось, светилась изнутри. Чезаре приподнял ее подбородок, чтобы заглянуть в глаза. И увидел в них такую тоску, что ему пришлось отвернуться.

        – Креция, хочешь, чтобы я поговорил с папой о твоем разводе с Джованни? Папа тебя обожает. Возможно, и согласится. А Джованни?

        Лукреция улыбнулась.

        – Я не сомневаюсь, что мой муж прекрасно без меня обойдется. Вот моего приданого ему бы недоставало. Его интересует только золото, настоящее, а не моих волос.

        Чезаре обнял ее.

        – Я дождусь удобного момента и поставлю перед Папой этот вопрос.

       

       

* * *

       

        Вечер медленно спускался на «Серебряное озеро», когда Хуан решил показать Санчии, жене Хофре, старый охотничий домик отца. После того, как построили новый, он практически не использовался.

        Санчия, арагонская красавица, с темнозелеными глазами, густыми ресницами, роскошными черными волосами, была с Хуаном одних лет, но выглядела гораздо моложе. Она легко ладила с людьми, заразительно и весело смеялась, но не отличалась большим умом.

        Хуан взял ее за руку и повел по заросшей тропинке к вырубке в лесу. Там она и увидела охотничий домик, сложенный из вековых сосновых стволов, с высокой кирпичной трубой.

        – Негоже, конечно, принимать в таком сарае принцессу, – улыбнулся

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск