Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

75

обоих. Франциско Падзи поспешил в дом Джулиано, чтобы поторопить его с приходом в церковь. На обратном пути он дружески обнял Джулиано, чтобы убедиться, что под одеждой нет панциря.

        В церкви Лоренцо стоял у дальнего края алтаря. Он увидел, как Джулиано входит в церковь в сопровождении Франциско Падзи, и в этот момент услышал колокол ризницы. Глаза Лоренцо в ужасе раскрылись: Франциско выхватил кинжал и всадил в бок Джулиано. И тут же чьято рука ухватила его за плечо. Лоренцо инстинктивно отпрянул, и сталь кинжала только коснулась, а не перерезала ему шею. Намотав на руку плащ, он парировал удар второго кинжала и выхватил меч.

        Обороняясь от священников, бросился к алтарю. К нему присоединились твое его сторонников. Вчетвером они вбежали в ризницу и захлопнули тяжелые двери. Непосредственная опасность миновала.

        Тем временем архиепископ Сальвата и убийца, Франциско Падзи, выбежали из собора с криком, что Медичи мертвы и Флоренция свободна. Но население города тут же схватилось за оружие. Солдат архиепископа, вышедших на площадь, разметали и перебили.

        Лоренцо покинул ризницу под приветственные крики своих друзей и сторонников. Прежде всего убедился, что молодой кардинал Рафаэль Рарьо жив и здоров, но не шевельнул и пальцем, чтобы воспрепятствовать казни архиепископа и Франциско, которых вздернули на кафедральных окнах.

        Обоих священников, Маффея и Стефано, кастрировали и обезглавили. Якопо Падзи выволокли из дома, раздели донага и повесили рядом с архиепископом. Дворец Падзи разграбили, а всех членов семьи навечно выслали из Флоренции.

       

       

* * *

       

        Вернувшись в город много лет спустя, Чезаре не нашел ни прежней роскоши, ни справедливости.

        Улицы являли собой жуткое зрелище, залитые грязью и сточными водами. В переулках лежали мертвые, разлагающиеся животные. Воняло хуже, чем в Риме. Действительно, чумой в городе заболело лишь несколько человек, но население пребывало в столь мрачном расположении духа, словно болезнь уже свирепствовала вовсю. Пока Чезаре ехал по улице, то тут, то там возникали ссоры, и яростные крики отдавались в ушах вместо колокольного звона.

        Он подъехал к самой респектабельной гостинице, чтобы снять комнату. Хозяин его не узнал и не хотел пускать на порог, пока Чезаре не сунул золотой дукат в его жадную руку.

        Тут отношение хозяина разом переменилось. Он проводил Чезаре в комнату, чистую и опрятную, пусть и с минимумом мебели. Из окна Чезаре видел площадь перед церковью СанМарко и монастырь пророка Савонаролы.

        Он решил дождаться вечера, а уж потом прогуляться по городу и узнать, что к чему.

        Несколько минут спустя хозяин вернулся с большим кувшином вина и тарелкой свежих фруктов и сыра. Чезаре поел, лег на кровать, задремал…

        Спал он беспокойно, ему снился кошмар с крестами, потирами и церковными одеяниями, которые летали вокруг него, не даваясь в руки. Громоподобный голос над головой требовал, чтобы он взял золотой потир, он потянулся к нему, но в руке оказался пистоль. И не простой, а стреляющий сам по себе, без его участия. Потом, как и во всех снах, он мгновенно перенесся в какоето другое место, на торжество, сидел за столом напротив отца, сестры и ее нового мужа, принца Альфонсо. Улыбка на его лице сменилась злобной гримасой, золоченый пистоль выстрелил, разнес вдребезги голову то ли Альфонсо, то ли сестры… сон оборвался.

        Чезаре проснулся весь в поту, услышал крики горожан, доносящиеся с площади под окнами его комнаты.

        Еще не придя в себя от кошмара, выбрался из кровати, подошел к окну. Там, на деревянной кафедре, стоял проповедник Савонарола. Начал он с молитвы, голос его вибрировал от страсти. За молитвой последовал псалом. Голоса флорентийцев слились в едином хоре. А уж псалом сменили яростные нападки на Рим.

        – Папа Александр – ложный Папа, – гремел пророк. – Гуманисты умеют извратить истину и из ничего сделать чтото. Но есть черное и белое, добро и зло, и уж от этой истины даже им никуда не деться: что не доброе – то злое!

        Чезаре всматривался в Савонаролу. Худой, аскетичный, в коричневой рясе ордена доминиканцев. Черты лица грубые, но не лишенные приятности. Голова с выбритой тонзурой двигалась в такт словам, так же, как и руки.

        – Этот Папа содержит куртизанок, – кричал Савонарола. – Убивает и травит. Священники Рима живут с мальчиками, грабят бедных, чтобы

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск