Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

102

Он приказал ни на минуту не спускать с нее глаз.

        После полуночи, попрежнему в халате, Чезаре спустился в подземелье. Еще издали до него донеслись крики и проклятья Катерины. Он вошел в маленькую, сырую камеру, освещенную одной свечкой. Катерина нагишом лежала на кровати, на спине, с руками и ногами, привязанными к стойкам. Но никак не могла смириться и отчаянно мотала головой.

        Чезаре молча встал перед ней. Увидев его, кричать Волчица перестала, зато подняла голову и, как могла далеко, плюнула в него. Не попала.

        – Моя дорогая графиня, – заговорил Чезаре с обаятельной улыбкой. – Вы спасли бы себя и ваших людей, если б вняли голосу разума.

        Она встретилась с ним взглядом, синие глаза ярко сверкнули. А потом прекрасное лицо перекосила гримаса ярости.

        – Какаю пытку ты припас для женщины, трусливое отродье римской шлюхи?

        Чезаре распахнул халат, взгромоздился на нее и с силой вогнал в нее свой конец, глубоко, до упора. Ждал ее криков, проклятий, но она молчала. В камере слышалось лишь перешептывание охранников.

        Чезаре долбил и долбил ее, и неожиданно она начала двигаться, подстраиваясь под его ритм. Полные бедра ходили из стороны в сторону, живот поднимался ему навстречу, и Чезаре начал понимать, что доставляет ей удовольствие. Продолжал свое дело в полной уверенности, что наконецто взял над ней верх. И когда кончил, щеки ее пылали, а волосы взмокли от пота.

        – Тебе следовало бы поблагодарить меня, – пробурчал он, слезая с Катерины.

        Волчица смотрела на него горящими глазами.

        – Это все, что ты можешь мне дать?

        Чезаре в ярости выскочил из камеры. Но две следующие ночи возвращался, чтобы продолжить укрощение строптивой. Результат оставался прежним. После всего, с пылающими щеками, потная, она спрашивала: «Это все, что ты можешь мне дать?»

        Чезаре намеревался продолжать в том же духе, пока она не сдастся, но на четвертую ночь, через несколько минут после того, как он овладел Катериной, та скомандовала: «Развяжи меня, в эту игру играют двое».

        Катерина лежала голая, спрятать гделибо кинжал не могла. У кровати стояли два крепких охранника. Чезаре понимал, что опасность ему не грозит. Сам снял цепи с ног, развязал руки. Она благодарно кивнула, и впервые ее глаза потеплели. Вновь он взгромоздился на нее. А она обхватила Чезаре руками и ногами, глубже и глубже загоняя в себя его член. Пробежалась языком по его губам, потом жадно впилась в них своими, и ее язык проскользнул ему чуть ли не в горло, отчего по телу Чезаре побежала сладострастная дрожь. Вскоре Катерина начала постанывать от наслаждения, еще больше заводя Чезаре. И, наконец, они кончили, вместе поднявшись на вершину блаженства.

       

       

* * *

       

        На следующий день Катерина отказалась от еды, требуя, чтобы ей позволили помыться. В цепях ее привели к ванне, одна из служанок, уцелевших при взрыве, искупала ее, помыла волосы, но то был единственный раз, когда Катерине позволили встать с кровати.

        В течение двух последующих недель Чезаре приходил в ее камеру и залезал на Катерину. По ходу развязывал ее, и она обвивала его руками и ногами. Но охранники попрежнему стояли около кровати, потому что у Чезаре не было уверенности, что у Катерины не возникнет желания выцарапать ему глаза. Впрочем, и он, и Волчица их игнорировали.

        В одну из ночей пылкие любовники заговорили друг с другом.

        – Ты должна признать, что даже изнасилование может быть приятным, – поддел ее Чезаре.

        Катерина рассмеялась, хитро взглянула на него.

        – Ты веришь, что изнасиловал меня? Ты ошибаешься, римский ублюдок, сын Папы. Когда я стояла на крепостной стене и ты впервые попался мне на глаза, я дала себе слово или убить тебя, или изнасиловать. Если бы я взяла тебя в плен, то привязала бы точно так же, как ты – меня.

        А потом оседлала бы. Но значения это не имеет. Результат тот же.

        Катерина была блестящим стратегом. Выдав его желание за свое, она изменила баланс сил. Безоружная, легко и непринужденно выбила оружие из его рук. Ибо теперь Чезаре уже не чувствовал себя победителем.

        В тот день, когда они выступали в Рим, Катерина спросила Чезаре: «Ты поведешь меня по улицам города в тяжелых цепях, как плененную королеву, чтобы твои горожане могли смеяться и оскорблять меня, как это делалось в Древнем Риме?»

        Чезаре рассмеялся. Катерина в этот день выглядела

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск