Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

145

сошлись у переносицы.

        Дуарте отправился на поиски.

        Придя, Хофре встал за креслом старшего брата, подальше от отца. В его холодных глазах горе отсутствовало напрочь.

        – Подойди ближе, сын мой, – прошептал Александр. – Возьми меня за руку, хоть на мгновение.

        Кто– то отодвинул кресло с Чезаре, Хофре с видимой неохотой взял руку отца.

        – Наклонись ниже, сын мой. Ниже. Я должен тебе коечто сказать…

        Хофре не сразу, но наклонился.

        – Я подвел тебя, сын мой, но я не сомневаюсь, что ты – мой сын. Только до этой ночи мои глаза видели не то, что следовало.

        Хофре всмотрелся в пелену, которая застилала глаза Александра.

        – Я не смогу простить тебя, отец. Потому что изза тебя я не смогу простить себя.

        Александр смотрел на младшего сына.

        – Это придет позже, я знаю, но прежде чем я умру, ты должен услышать от меня чтото очень важное. Тебя следовало произвести в кардиналы, потому что ты – лучший из нас.

        Хофре покачал головой.

        – Отец, ты совсем меня не знаешь.

        Вот тут Александр лукаво улыбнулся, потому что ему открылась истина.

        – Без Иуд сам Иисус остался бы простым плотником, который проповедовал бы тем немногим, кто соглашался его слушать, и умер бы от старости, – Александр хохотнул. Внезапно жизнь показалась ему такой абсурдной.

        Но Хофре выбежал из комнаты.

        Чезаре вновь занял место у кровати отца. И держал его руку, пока не почувствовал, что она стала холодной, как лед.

        Александр, уже в забытьи, не услышал легкий стук в дверь, не увидел Джулии Фарнезе, которая вошла в комнату в черном плаще, с надвинутым на лицо капюшоном.

        Откинув капюшон и сняв плащ, она повернулась к Чезаре.

        – Я не могла не прийти, – объяснила она и наклонилась, чтобы поцеловать Александра в лоб.

        – Как поживаешь? – спросил Чезаре, но она не ответила на его вопрос.

        – Знаешь, он был мужчиной моей жизни, стержнем моего существования. За долгие годы у меня было много любовников. В основном мальчишек, воинственных, жаждущих славы. Но при всех его недостатках, – она вновь повернулась к Александру, – он был мужчиной.

        Слезы полились из ее глаз, она прошептала: «Прощай, любовь моя», – подобрала плащ и быстро вышла.

        Часом позже пришел духовник Александра и отпустил ему грехи.

        Чезаре вновь склонился над отцом.

        Александр почувствовал, как умиротворенность разливалась по его телу, когда лицо Чезаре начало растворяться в темноте, застилавшей глаза…

        Он вдруг перенесся в «Серебряное озеро», шел по апельсиновой роще, перебирая в руке золотые четки. Никогда он не был так счастлив. Никогда не испытывал такой благодати…

        Его тело почернело и так раздулось, что его пришлось втискивать в гроб. Крышку пришлось приколотить гвоздями, потому что, сколько мужчин ни прижимали ее, она все равно приподнималась.

        Даже в смерти Александр не желал укладываться в привычные рамки.

       

Глава 29

       

        В ночь смерти Александра вооруженные толпы носились по Риму, избивая и убивая всякого, кто говорил с испанским акцентом, и грабя их дома.

        В своем римском замке Чезаре, более молодой и крепкий, чем Папа, боролся с ядом, но никак не мог взять над ним верх. Он пролежал в постели не одну неделю, изо всех сил сопротивляясь зову Смерти. Но лучше ему не становилось. И в конце концов доктор Маррудзи по совету Дуарте поставил ему пиявки, пусть и без согласия Чезаре.

        И в последующие несколько дней Чезаре не мог даже встать, не говоря уже о том, чтобы защищать завоеванные им территории. Прежние правители проводили интенсивные переговоры, заключали новые союзы, а он с трудом разлеплял глаза и вскоре вновь проваливался в сон. Враги собирали войска, чтобы захватить Урбино, Камерино, Сенигалью, бывшие правители возвращались в свои города и замки, а Чезаре не мог оказать им ни малейшего сопротивления. Даже когда семьи Колонна и Орсини объединились и послали войска в Рим, в надежде повлиять на исход выборов Папы, Чезаре не смог подняться с кровати.

        Конечно, Чезаре и Александр разрабатывали планы, которые следовало привести в действие после смерти последнего, с тем, чтобы сохранить семью, богатства, титулы, территории. Но сын Папы был слишком слаб, чтобы реализовывать эти планы.

        Здоровый Чезаре в течение нескольких дней сконцентрировал бы верные ему войска около Рима. Проследил бы за тем, чтобы замки и города

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск