Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

71

он всегда носил шерстяные, завязанные широким узлом, выбирая светлосерые или темнокрасные цвета.

        – Мы их нашли, – начал докладывать Клут. – Двое молодых ребят двадцати лет, работают в ядерной лаборатории Массачусетского технологического института. Гении, научная квалификация очень высокая, из богатых семей, левых убеждений, участвовали в демонстрациях протеста против ядерного оружия, имеют доступ к секретным материалам. Все совпадает с психологическим портретом. Они сидят в своей лаборатории в Бостоне, разрабатывая какойто правительственный или университетский проект. Пару месяцев назад они приезжали в НьюЙорк, и один приятель уложил их в постель, что им понравилось. Он уверен, что у них это случилось в первый раз. Отвратительная комбинация – идеализм и неистовые юношеские гормоны. Я уже обложил их со всех сторон.

        – У вас есть убедительные доказательства? – спросил Кристиан. – Чтонибудь конкретное?

        – Мы не предаем их суду и даже не предъявляем им обвинение, – объяснил Клут. – Это превентивный арест, предусмотренный законами об атомной бомбе. Когда мы их заполучим, они признаются и расскажут, где спрятана эта проклятая штука, если она вообще существует. Я думаю, что ее просто нет, все выдумка, но письмо они написали. Психологическому портрету они соответствуют. Дата отправления письма совпадает с днем, когда они зарегистрировались в отеле «Хилтон» в НьюЙорке. Это решающий довод.

        Кристиан часто дивился возможностям правительственных учреждений с их компьютерами и первоклассным электронным оборудованием. Поразительная способность подслушивать кого угодно и где угодно, какие бы меры предосторожности не принимались. Их компьютеры могут просмотреть регистрационные книги отелей всего города быстрее, чем за час. Есть у них и другие сложнейшие приспособления, и конечно, все это стоит бешеных денег.

        – Хорошо, мы схватим их, – согласился Кристиан. – Но я не уверен, что вы сможете заставить их признаться. Судя по всему, это умные ребята.

        Клут посмотрел Кристиану в глаза.

        – Ладно, Крис, они не признаются, а мы, цивилизованная страна, дадим бомбе взорваться и уничтожить тысячи людей, – он зло ухмыльнулся, – или вы идете к президенту и заставляете его подписать ордер на медицинское обследование, согласно разделу IX Акта о контроле за атомным оружием.

        Именно к этому Клут стремился с самого начала.

        Кристиан же всю ночь избегал этой мысли. Его всегда шокировало, что такая страна, как Соединенные Штаты, может иметь подобный секретный закон. Пресса легко могла раскрыть его, но опятьтаки, существовало соглашение между средствами массовой информации и правительством страны. Так что общественность не знала ничего об этом законе, так же как и о многих законах, определяющих проведение ядерных исследований.

        Кристиан очень хорошо знал раздел IX. Как юрист, он восхищался им, но его всегда отталкивала жестокость этого закона.

        Раздел IX, по существу, давал президенту право приказать производить химические исследования мозга, заставляющие человека говорить правду – эдакий детектор лжи в самом мозгу. Закон специально предписывал добиваться информации о закладывании ядерного устройства, это вполне соответствовало данному случаю. Это не пытка, жертва не будет испытывать физической боли, просто нервные клетки мозга будут заставлять человека говорить правду в ответ на задаваемые вопросы. Вполне гуманная операция, единственная загвоздка заключалась в том, что никто в действительности не знает, что случится с мозгом потом. Опыты подсказывали, что в редких случаях может последовать частичная потеря памяти, незначительная утрата некоторых функций. Мозг не будет работать замедленно, но, как в старой шутке, начнутся уроки музыки. Трудность заключалась и в том, что оставалась десятипроцентная вероятность полной и длительной потери памяти. Прошлое человека будет стерто.

        – Конечно, это выстрел с дальнего расстояния, – заметил Кристиан, – но нет ли тут какойнибудь связи с захватом самолета и убийством Папы. Ведь даже арест того парня на ЛонгАйленде выглядит хитрым маневром. Не может ли эта история с бомбой оказаться частью заговора, дымовой завесой, ловушкой?

        Клут долго изучающе смотрел на Кристиана, словно взвешивая свои слова, но его ответ не оставлял никаких сомнений.

        – Никакого шанса, –

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск