Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

80

Я хочу сказать о другом. Как только президент увидит опасность со стороны конгресса, то первое, что он захочет сделать, это обратиться к народу по телевидению. Какие бы Кеннеди не совершил ошибки, на телевидении он волшебник. Как только он изложит свою позицию, у нашего конгресса возникнут большие неприятности. А если конгресс отстранит Кеннеди на тридцать дней? Может подтвердиться правота президента, что похитители затеяли все это дело, имея своей конечной целью смещение с поста. – Салентайн вновь сделал паузу, стараясь быть осмотрительным. – Тогда Кеннеди окажется еще большим героем. Лучший для нас сценарий – это предоставить его самому себе, выиграет он или проиграет. Если мы пойдем этим путем, то не возникнет опасности для политической структуры в нашей стране. Так может быть лучше.

        – А я, таким образом, потеряю пятьдесят миллиардов долларов? – выкрикнул Берт Оудик.

        Его лицо на большом телевизионном экране покраснело от гнева.

        – Конечно, сумма большая, – заметил Матфорд, – но это еще не конец света.

        Лицо Берта Оудика на экране стало угрожающе пунцовым. Салентайн подумал, что это искажение цвета в телевизоре, не может живой человек обрести такой цвет лица и походить на осенний лес. Но тут голос Оудика зазвучал в комнате:

        – Мать твою так, Мартин. Это ведь больше, чем пятьдесят миллиардов. А что ты скажешь о потере доходов, пока мы будем восстанавливать Дак? Твой банк одолжит мне деньги без процентов? Ты уже подгреб себе под задницу больше денег, чем имеется в казначействе, но разве ты дашь мне пятьдесят миллиардов? Черта с два!

        – Берт, Берт, – поспешно сказал Джордж Гринвелл, – мы ведь с тобой. Салентайн просто обратил внимание на коекакие возможности, о которых ты мог не подумать под давлением последних событий. В любом случае мы не в состоянии приостановить действия конгресса, даже если бы пытались. Конгресс не позволит исполнительной власти подчинить себя по такому поводу. У нас у всех много дел, так что я предлагаю закончить наше совещание.

        – Берт, – улыбнулся Салентайн, – сообщения о психическом состоянии президента будут передаваться по телевидению каждые три часа. Все телестанции последуют за нами. Позвони мне и расскажи о своих идеях. И еще одно обстоятельство. Если конгресс проголосует за отстранение президента от власти раньше, чем он потребует время на телеэкране, телестанции могут отказать ему на том основании, что он признан психически нездоровым и не является больше президентом.

        – Действуй в этом направлении, – согласился Оудик и лицо его приобрело нормальный цвет.

        Совещание закончилось вежливыми прощаниями.

        – Джентльмены, – сказал Лоуренс Салентайн, – я предлагаю всем вылететь в Вашингтон на моем самолете. Думаю, что мы должны нанести визит нашему старому другу Оливеру Оллифанту.

        – Да, Оракул – мой старый наставник, – улыбнулся Мартин Матфорд. – Он даст нам коекакие советы.

        Через час они уже летели в Вашингтон.

        Когда посла Шерабена Шарифа Валиба вызвали для встречи с президентом Кеннеди, ему прокрутили тайно снятую агентами ЦРУ пленку, на которой был запечатлен Ябрил, обедающий во дворце с султаном. Посол Шерабена был потрясен. Как мог его султан оказаться замешанным в столь опасном деле? Шерабен был маленьким миролюбивым государством, что являлось мудрой позицией, если учитывать его слабость в военном отношении.

        Прием состоялся в Овальной комнате в присутствии Берта Оудика. Президента сопровождали два члена его штаба – Артур Викс, помощник по вопросам национальной безопасности, и Юджин Дэйзи, глава президентского штаба.

        После официального представления посол Шерабена сказал:

        – Дорогой господин президент, поверьте мне, что я ничего не знал. Примите мои личные извинения. – Посол был близок к тому, чтобы заплакать. – Но я должен сказать одно, во что я искренне верю. Султан никогда не мог согласиться, чтобы вашей дочери был причинен вред.

        – Я надеюсь, что это правда, – мрачно произнес Кеннеди, – потому что в таком случае он согласится на мои предложения.

        Посол слушал его с ужасом. Он учился в американском университете, преклонялся перед американским образом жизни. Он любил американскую пищу, американскую выпивку, американских женщин с их протестом против мужского ига, обожал американскую музыку и кинофильмы. Валиб раздавал

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск