Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

82

с их обычных постов и перевести в Вашингтон.

        В это же время, к концу дня в среду, сенатор Томас Ламбертино, влиятельный человек сената, совещался со своей помощницей Элизабет Стоун и конгрессменом Альфредом Джинцем, демократом, спикером палаты представителей. Присутствовал на совещании и Патси Тройка, главный помощник Джинца, чтобы, как он часто говорил, прикрывать глупости своего шефа, полного идиота.

        В хитрости Патси не сомневался никто из обитателей Капитолийского холма.

        В этом заповеднике кроликовзаконодателей Патси Тройка был известен как чемпион по части женского пола и организатор покровительственных отношений между мужчинами и женщинами. Тройка уже отметил, что главный помощник сенатора Элизабет Стоун очень красивая женщина, оставалось только выяснить насколько она предана своему шефу. Но сейчас он должен сконцентрироваться на неотложных делах.

        Тройка зачитал вслух соответствующие параграфы Двадцать пятой поправки к конституции Соединенных Штатов, выделяя отдельные фразы и слова. Он читал медленно, внимательно, хорошо поставленным голосом.

        – В случае если вицепрезидент и большинство главных руководителей исполнительных департаментов, – читал Тройка и, наклонившись к Джинцу, прошептал: – Имеется в виду правительство, – теперь его голос зазвучал патетически, – либо группа, которую согласно закону уполномочит конгресс, передадут сенату и палате представителей их письменную декларацию, утверждающую, что президент не способен осуществлять власть и полномочия своего поста, вицепрезидент должен немедленно взять на себя выполнение этих функций в качестве исполняющего обязанности президента.

        – Дерьмовая чепуха! – воскликнул конгрессмен Джинц. – Невозможно так легко подвергнуть президента импичменту.

        – Это не чепуха, – постарался успокоить его сенатор Ламбертино. – Читайте дальше, Патси.

        Патси Тройка с горечью подумал, как это типично для его босса – не знать конституцию, святая святых. Он мысленно плюнул на все. Пропади она пропадом, эта конституция, Джинц все равно никогда ничего в ней не поймет. Надо изложить ему самыми элементарными словами.

        – Существенно то, – сказал он, – что вицепрезидент и правительство должны подписать декларацию о некомпетентности и вынесении импичмента Кеннеди. Тогда вицепрезидент станет президентом. Через минуту Кеннеди выступает с контрзаявлением, утверждает, что он в полном порядке, и вновь становится президентом. Тогда решает конгресс. Во время этой проволочки Кеннеди может делать все, что захочет.

        – И тогда дело дойдет до Дака, – заметил Джинц.

        – Большинство членов правительства, сказал сенатор Ламбертино, – подпишут декларацию. Нам следует дождаться вицепрезидента, мы не можем действовать без ее подписи. Конгресс должен собраться не позднее десяти утра в четверг, чтобы принять решение и предотвратить разрушение Дака. Для победы нам необходимы две трети голосов и в палате представителей, и в сенате. Выполнит ли палата представителей свою задачу? За сенат я ручаюсь.

        – Наверняка, – уверил конгрессмен Джинц. – Мне звонили из Сократова клуба, они собираются надавить на каждого члена палаты представителей.

        – Конституция говорит, – уважительно вставил Патси Тройка, – «любая группа, назначенная согласно закону конгрессом». Почему бы нам не обойти подписание декларации кабинетом и вицепрезидентом и не объявить конгресс такой группой? Тогда они смогут решить все немедленно.

        – Патси, – терпеливо пояснил Джинц, – так не получится. Это не должно выглядеть как месть. Избиратели будут на стороне президента, и нам потом придется расплачиваться за это. Не забывай, что Кеннеди популярен в народе, у демагога всегда есть такое преимущество по сравнению с ответственными законодателями.

        – У нас не будет неприятностей, – заметил сенатор Ламбертино, – если мы станем придерживаться процедуры. Ультиматум президента Шерабену завел страну слишком далеко и свидетельствует о временном умственном расстройстве, вызванном его трагедией, по поводу которой я испытываю глубокое сожаление и выражаю соболезнование. Как и все мы.

        – Мои люди в палате представителей, – сказал Джинц, – переизбираются каждые два года. Если Кеннеди будет через тридцать дней признан компетентным, он сможет вышвырнуть из конгресса большую группу. Мы должны исключить

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск