Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

175

время на ерунду.

        – Мы здесь не ради визита к ней. Дон хочет увидеть тебя в Квоге.

        Кросс оценил ситуацию. Очевидно, медсестра из регистратуры позвонила комуто в Квог. И так же очевидно, что дон не хочет, чтобы Кросс разговаривал с РозМари. То, что сюда посланы Пити и Винсент, означает, что это не покушение, иначе они бы так беззаботно не подставлялись.

        Его подозрения подтвердились, когда Винсент сказал:

        – Кросс, я поеду с тобой в твоей машине. Пити поедет на своей.

        Покушения в Семье Клерикуцио никогда не совершалось один на один.

        – Нельзя же оставить РозМари вот так, – заметил Кросс.

        – Очень даже можно, – возразил Пити. – Сиделка ее утихомирит.

        По пути Кросс попытался затеять беседу.

        – Винсент, вы приехали сюда и вправду быстро.

        – Вел Пити, – пояснил Винсент. – Он чертов маньяк. – И, мгновение помолчав, добавил встревоженным тоном: – Кросс, тебе же известны правила, так почему же ты навестил РозМари?

        – Ну, РозМари была одной из моих любимых тетушек, когда я подрастал.

        – Дону это не по душе. Он просто вне себя. Он говорит, что это не в духе Кросса. Он знает.

        – Я все объясню, – сказал Кросс. – Я в самом деле тревожился о вашей сестре. Как ее дела?

        – На сей раз она может застрять надолго, – вздохнул Винсент. – Ты же знаешь, в юности у нее были шурымуры с твоим предком. Кто бы мог подумать, что убийство Пиппи так сильно вышибет ее из колеи.

        Кросс уловил в голосе Винсента нотку фальши. Ему чтото известно. Но сказал только:

        – Мой отец всегда обожал РозМари.

        – В последние годы она была не в восторге от него, – заметил Винсент. – Особенно когда с ней случался очередной припадок. Ты бы только послушал, что она говорила о нем в этом состоянии.

        – Вы участвовали в Войне с Сантадио, – небрежно обронил Кросс. – Как же получилось, что вы никогда не говорили об этом со мной?

        – Потому что мы никогда не говорим о прошлых операциях, – растолковал Винсент. – Отец учил нас, что это бессмысленно. Надо просто делать дело. В настоящем и без того хватает неприятностей, о которых должна болеть голова.

        – Однако мой отец был большим героем, верно? – поинтересовался Кросс.

        Винсент улыбнулся всего лишь на мгновение, его каменное лицо почти смягчилось.

        – Твой отец был гением. Он мог спланировать операцию, как Наполеон. Когда план принадлежал ему, никогда и ничего не могло пойти наперекосяк. Ну, раз или два просто по невезению.

        – Значит, он планировал Войну против Сантадио, – подытожил Кросс.

        – Задай эти вопросы дону. А теперь давай поговорим о чемнибудь другом.

        – Ладно. Меня что, вырубят, как моего отца?

        И тут обычная для Винсента ледяная невозмутимость изменила ему. Схватившись за руль, он вынудил Кросса остановить машину на обочине шоссе.

        – Ты что, с ума сошел?! – сдавленным от полноты чувств голосом проговорил Винсент. – Ты думаешь, что Семья Клерикуцио пойдет на такое? В жилах твоего отца текла кровь Клерикуцио. Он был нашим лучшим солдатом, он спас нас. Дон любил его, как родного сына. Господи Боже, да как ты мог задать подобный вопрос?

        – Я просто испугался, – кротко пояснил Кросс, – когда вы, ребята, выскочили, как чертики из табакерки.

        – Выезжай на дорогу, – с неудовольствием бросил Винсент. – Мы с твоим отцом, Джорджио и Пити вместе сражались в очень тяжелые времена. Мы ни в коем случае не могли пойти друг против друга. Пиппи просто не повезло, напоролся на умалишенного грабителя.

        Остаток пути они проехали в молчании.

        В Квоге у ворот особняка их встретили обычные двое охранников, и еще один сидел на крыльце. Не наблюдалось никакой подозрительной активности.

        Дон Клерикуцио и Джорджио дожидались их в покое. На стойке лежала коробка гаванских сигар и стояла кружка с черными итальянскими сигарками.

        Дон Клерикуцио сидел в одном из громадных коричневых кожаных кресел. Кросс подошел к нему и был изумлен, когда дон, оттолкнувшись от подлокотников, не по годам проворно встал ему навстречу, чтобы обнять. После чего указал Кроссу на огромный кофейный столик, уставленный блюдами с разнообразными сырами и сухими мясными изделиями.

        Ощутив, что дон еще не готов к разговору, Кросс приготовил себе сандвич из сыра маццарелла и прошутто – тоненьких ломтиков темнокрасного мяса в обрамлении очень нежного белого сала. Белая круглая головка маццареллы была настолько свежа, что все еще отпотевала молоком. Она была увенчана толстой соленой шишкой, вроде узла на веревке. Дон всегда похвалялся, что ни за что не станет есть маццареллу, приготовленную более получаса назад.

        Винсент и Пити тоже налегли на еду, а Джорджио играл роль бармена – подал вино дону и безалкогольные напитки остальным. Дон ел только истекающую соком маццареллу, позволяя ей таять на языке. Пити поднес ему одну из витых сигарок и огонь. «Какой у старика замечательный желудок», – подумал Кросс.

        – Кроччифисио, – внезапно произнес дон Клерикуцио, – то, чего

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск