Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

185

приезжал на Запад. Вместе обедали и фланировали по ночным клубам. Причем Данте ни разу не осмелился привести Лоузи в Вегас и в «Занаду», да это и не соответствовало его намерениям.

        Данте любил рассказывать Лоузи, как поначалу он выставляет себя беззаветным, чудаковатым дамским угодником, а все женщины для него – царицы, полновластно распоряжающиеся могуществом своей красоты. И какой царственный восторг испытывает он потом, загоняя их в угол и лишая возможности уклониться от нежелательной половой близости. Лоузи, относившийся к уловкам Данте немного свысока, рассказывал, что с самого начала ломает сопротивление дамочек своей экстраординарной мужественностью, а после унижает их.

        Оба провозгласили, что ни за что не заставят женщину заниматься сексом, если она не отвечает на их ухаживания. Оба сошлись в том, что Афина Аквитана будет грандиозной наградой, если когданибудь предоставит им хотя бы крохотный шансик. Они вместе рыскали по лосанджелесским клубам, подцепляя там женщин, чтобы после сравнить свои наблюдения и посмеяться над тщеславными бабенками, считавшими, что можно дойти до крайнего предела, а потом отказаться от финального акта. Порой протесты бывали чересчур страстными, и тогда Лоузи демонстрировал свой значок и говорил женщинам, что привлечет их за проституцию. Поскольку многие из них при случае не отказывались малость поднажиться за счет интимных отношений, угроза срабатывала.

        Порой устраивали мальчишники, оркестрованные Данте. Лоузи, когда не рассказывал свои «черномазые» байки, то пытался изложить классификацию шлюх.

        Первыми в списке шли отъявленные проститутки, протягивающие одну руку за деньгами, а второй хватающие тебя за член. Затем следовали шлюхи, которых влечет к тебе, они подружески трахаются с тобой, а утром, прежде чем ты удалишься, просят тебя выписать чек, чтобы помочь им оплатить квартиру.

        Далее следуют шлюхи, любящие тебя, но любящие и других, завязывающие долговременные отношения, поддерживаемые ювелирными подарками к каждому празднику, в том числе и на День Труда. И, наконец, вольнонаемные – работающие от звонка до звонка секретарши, стюардессы, продавщицы из бутиков, приглашающие тебя после дорогого обеда зайти на чашечку кофе, а затем пытающиеся выставить тебя с голой задницей за порог, не побаловав даже рукоблудством. Вот как раз такихто оба бонвивана и любили больше всего. Секс с ними был настолько увлекателен, напоен драмой, слезами и приглушенными мольбами о снисходительности и терпении, наделяющими процесс траханья куда большим смаком, чем любовь.

        Однажды ночью, после обеда в ресторане «Ле Шинуа», Данте предложил прогуляться по бульвару. Присев на скамейку, они наблюдали за толпой. Мимо бесчисленной вереницей проплывали красивые молоденькие девушки на роликовых досках; преследующие их сутенеры всех мастей, всячески старающиеся улестить девушек; шлюхи, торгующие футболками, украшенными лозунгами, совершенно невразумительными для обоих повес; «харикришны» с чашами для сбора милостыни; группы бородатых певцов с гитарами; семейные группки с фотоаппаратами и видеокамерами и отражавшие все это многообразие черные воды Тихого океана, на чьих песчаных пляжах отдельные парочки барахтались под одеялами, якобы скрывавшими их блуд от посторонних глаз.

        – Я могу посадить здесь всех до единого по тому или иному обвинению, – рассмеялся Лоузи. – Вот же зверинец хренов!

        – Даже этих милых красоток на роликовых досках?

        – Я просто упеку их за ношение кисок, как опасного оружия.

        – Тут не так уж много черномазых, – заметил Данте.

        Лоузи вытянулся на скамейке и проговорил, очень недурно имитируя южный акцент:

        – Помоему, я шото не в меру наваливаюсь на моих черных братков. Как завсегда говорят либералы, это все с ихнего рабства.

        Данте молча ждал ударной реплики.

        Сцепив руки за головой, Лоузи откинул полу пиджака так, чтобы виднелась кобура, отпугивающая отчаянных хулиганов. Никто не обратил на это внимания. Окружающие, едва ступив на бульвар, узнавали в нем фараона.

        – Рабство, – изрек Джим Лоузи, – деморализует. Они вели слишком легкую жизнь, сделавшую их чересчур зависимыми. Свобода дается чрезмерно тяжелой ценой. На плантациях о них заботились – трехразовое питание, бесплатное проживание, их одевали и обеспечивали им хорошее медицинское обслуживание, потому что они были ценной собственностью. Они не отвечали даже за собственных детей. Только вообрази: владельцы плантации трахали их дочерей и обеспечивали этим детям работу до конца их жизни. Разумеется, они работали, но они же всегда пели, значит, труд их был не так уж тяжел. Держу пари, что пять белых парней способны выполнить работу сотни ниггеров.

        Данте подобные рассуждения забавляли. Неужто Лоузи говорит это всерьез? Впрочем, неважно, он выражает эмоциональную точку зрения, а не рациональную. Они вдыхали ароматы ночи, окружающий мир вселял в них приятное чувство уверенности. Эти люди никогда не представляли для

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск