200

Кросса. – Он мне велел ничего тебе не говорить, но он напуган. Помоему, он чтото выяснил насчет твоего старика.

        Тут Кросс подарил Данте угрюмый, чуть ли не сердитый взгляд. Потом сказал:

        – Ладно, пошли. – И повел Данте через территорию отеля к виллам.

        Четверо охранников у ворот территории вилл узнали Кросса и жестами показали, что можно проходить.

        Распахнув дверь роскошным жестом, Данте сорвал с головы свою ренессансную шапочку.

        – Только после вас, – с озорной улыбкой промолвил он, от чего лицо его приняло проказливое выражение.

        Кросс вошел.

        Шагая к собственной вилле, Джим Лоузи едва сдерживал бушевавшую в душе холодную ярость на охранников Афины, давших ему от ворот поворот. И все же какойто уголок его сознания оценивал ситуацию, подавая сигнал тревоги. С какой стати столько охраны? Впрочем, черт побери, она кинозвезда, а стычка с Бозом Сканнетом должна была напугать ее до чертиков.

        Открыв дверь виллы собственным ключом, он вошел. Внутри царило запустение, все ушли на вечеринку. На подготовку к приему Кросса в запасе больше часа. Джим подошел к своему чемодану и отпер его. Там лежал его «глок» – сверкающий, очищенный от смазки. Джим открыл второй чемодан, где имелся тайник. Внутри лежал полный магазин. Вставив магазин в пистолет, детектив надел подмышечную кобуру и сунул оружие в нее. Все готово. Попутно Джим отметил, что не нервничает, он никогда не нервничал в подобных ситуациях. Именно благодаря этому и стал хорошим легавым.

        Покинув спальню, Лоузи прошел в кухню. В вилле не счесть коридоров. Вытащил из холодильника бутылку импортного пива и поднос с бутербродами. Надкусил один. Черная икра. Джим издал негромкий вздох удовольствия, ему еще ни разу в жизни не доводилось пробовать такой вкуснятины. Вот так и надо жить. Вот так он и будет жить до самой смерти – черная икра, танцовщицы, а может статься, когданибудь и Афина. Надо только сделать сегодняшнюю работу.

        Неся поднос и бутылку, он вернулся в просторную гостиную. К его ужасу, пол и мебель оказались застеленными полиэтиленом, наполнявшим всю комнату призрачными белыми отблесками. И там, в тоже накрытом полиэтиленом кресле, покуривая тонкую сигару, сидел человек с бокалом персикового бренди в руке – Лиа Вацци.

        «Что за хрен собачий?» – подумал Лоузи. Поставив поднос и бутылку на кофейный столик, он сказал Лиа:

        – Я тебя разыскивал.

        Лиа затянулся сигарой и отхлебнул бренди.

        – А теперь ты меня нашел, – он встал. – И можешь дать мне еще одну пощечину.

        Лоузи был слишком опытен, чтобы не всполошиться. Он мгновенно понял, что к чему. Еще до того он ломал голову, почему остальные апартаменты в вилле не заняты, это показалось ему странным. Небрежным жестом Джим расстегнул свой пиджак, ухмыляясь Лиа. «На этот раз пощечиной не кончится», – подумал он. Данте с Кроссом подойдут только через час, за время ожидания можно и поработать. Теперь, с оружием под рукой, он не боялся встречи один на один с Лиа.

        И вдруг в комнату хлынули люди. Они появлялись из кухни, смежного фойе, из комнаты видео телевидения. И все до единого выше и шире в плечах, чем Джим Лоузи. Пистолеты достали только двое.

        – Вам известно, что я фараон? – спросил у них Лоузи.

        – Нам всем это известно, – самым сердечным тоном заверил его Лиа. И подступил поближе. В то же самое время двое вооруженных уткнули свои пистолеты в спину Лоузи.

        Пошарив у Лоузи в пиджаке, Лиа извлек «глок», передал пистолет одному из своих людей и быстро охлопал Лоузи.

        – Ну, – проговорил Лиа, – у тебя всегда была на языке масса вопросов. Вот он я. Спрашивай.

        Лоузи все еще не испытывал настоящего страха. Он только беспокоился, что Данте может сейчас подойти вместе с Кроссом. Он просто не верил, что человек вроде него, ухитрившийся выжить в таком множестве опасных ситуаций, может в конце концов оказаться в безвыходном положении.

        – Я знаю, что это ты решил Сканнета, – заявил Лоузи. – И привлеку тебя за это рано или поздно.

        – Тогда постарайся сделать это пораньше, – отозвался Лиа. – Позже уже не будет. Да, ты прав, и теперь можешь умереть счастливым.

        Лоузи попрежнему не мог поверить, что ктолибо отважится хладнокровно убить полицейского. Разумеется, наркоторговцы ввязываются в перестрелки, и, разумеется, какойнибудь полоумный ниггер способен выпустить в тебя пулю только потому, что ты показал значок полицейского, равно как и удирающие грабители банка, но ни у кого из бандитов не хватит пороху прикончить полицейского. Слишком уж большой поднимется хай.

        Лоузи взмахнул рукой, чтобы толкнуть Лиа и перехватить инициативу. Но внезапно живот ему прошила хлесткая волна огня, и ноги подкосились. Лоузи начал валиться на колени. Чтото массивное ударило его по голове, в заполыхавшем ухе зазвенело так, что оно вдруг оглохло. Преклонив колени на мягкий, как громадная подушка, ковер, детектив поднял голову. Над ним стоял Лиа Вацци, держа в руках тонкий шелковый шнурок.