12

ей аборт.

        Стол наполнился тарелками с едой: яйцами, беконом, оладьями и маленькими бифштексами. Калли сделал королевский заказ.

        Пока они ели, Мерлин не глядя на Джордана, сказал:

        – Ты посылаешь чеки своим детям?

        Тот спокойно взглянул на него, а потом пожал плечами. Он действительно не думал об этом и почемуто рассердился на Мерлина за этот вопрос, но только на мгновение.

        – Почему он должен давать деньги своим детям? – сказал Калли. – Он достаточно о них позаботился. Ты еще скажи, что он должен посылать чеки жене. – Он засмеялся, как будто это было за пределом возможного, и Джордан снова слегка рассердился. Он неправильно описывал свою жену. Она была лучше.

        Диана зажгла сигарету. Она пила кофе, и на лице ее блуждала задумчивая улыбка. На мгновение она дотронулась рукой до рукава Джордана в знак некоего соучастия или понимания, как будто он тоже был женщиной, и она вступала с ним в союз. В этот момент явился метрдотель собственной персоной с атласом. Джордан сунул руку в карман и дал ему стодолларовую бумажку. Метрдотель от изумления сбежал прежде, чем разъяренный Калли смог чтолибо произнести. Диана начала разворачивать атлас.

        Мерлин Мальчик все еще настойчиво допрашивал Джордана.

        – Как ты себя чувствуешь?

        – Великолепно, – отвечал Джордан. Он улыбнулся их пылу.

        Калли сказал:

        – Как только подойдешь к столу с костями, мы на тебя набросимся. Никаких шуток. – Он хлопнул рукой по столу. – Хватит.

        Диана разложила карту на столе поверх грязных тарелок с остатками завтрака. Они все вгляделись в нее, кроме Джордана. Мерлин нашел город в Африке. Джордан спокойно заявил, что не хочет в Африку.

        Мерлин откинулся назад, прекратив изучать карту с другими. Он наблюдал за Джорданом. Калли поразил всех, сказав:

        – Вот знакомый мне город в Португалии, Мерседас. – Они удивились, потому что никогда не думали, чтобы он жил гденибудь, кроме Вегаса. А теперь он вдруг узнал город в Португалии.

        – Да, Мерседас, – сказал Калли. – Милый и теплый. Огромный пляж. Там есть небольшое казино с пятидесятидолларовым лимитом, открытое только на шесть часов по ночам. Можно играть как бы по крупному и при этом ничего не потерять. Как это тебе, Джордан? Как насчет Мерседаса?

        – Отлично, – сказал Джордан.

        Диана начала планировать маршрут.

        – Из ЛосАнджелеса через Северный Полюс в Лондон. Потом рейс в Лиссабон. Потом, я полагаю, ты поедешь на машине до Мерседаса.

        – Нет, – сказал Калли. – Там летают самолеты до какогото крупного города рядом, я забыл, какого. И убедись, что он быстро уберется из Лондона. Тамошние игорные клубы – это убийство.

        – Мне надо немного поспать. – Сказал Джордан.

        Калли взглянул на него.

        – Господи, да ты ужасно выглядишь. Поднимайся к себе в комнату и отключись. Мы все приготовим. Мы разбудим тебя перед отправлением самолета. И не пытайся спуститься в казино. Мы с Мальчиком будем на страже.

        Диана попросила:

        – Джордан, дай мне денег на билеты. – Джордан извлек из кармана толстую пачку стодолларовых банкнот и положил их на стол. Диана тщательно отсчитала тридцать банкнот.

        – Ведь первый класс не может стоить больше трех тысяч? – спросила она. Калли потряс головой.

        – Самое большее, две тысячи, – отвечал Калли. – Закажи ему отели тоже. – Он взял со стола оставшиеся банкноты и засунул их в карман Джордану.

        Джордан встал и сказал, делая последнюю попытку:

        – Можно мне поставить на вас сейчас?

        Мерлин быстро проговорил:

        – Нет, это плохая примета, не надо, пока ты не сядешь в самолет. – Джордан увидел на лице Мерлина выражение сожаления и симпатии. Потом Мерлин предложил: – Поспи. Мы зайдем к тебе помочь собраться.

        – Хорошо, – согласился Джордан, вышел из кафе и пошел по направлению к своей комнате. Ему было ясно, Калли и Мерлин пойдут за ним до начала коридора, чтобы убедиться, что он не остановится поиграть. Он смутно помнил, что Диана поцеловала его на прощанье и даже Калли похлопал по плечу в знак дружбы. Кто бы мог подумать, что такой парень, как Калли, был в Португалии.

        Джордан вошел к себе в комнату, дважды повернул ключ в замке и закрылся на цепочку. Теперь он был в абсолютной безопасности. Он сел на край кровати. И внезапно пришел в ужасную ярость. У него болела голова, а тело неудержимо тряслось.

        Как они смеют чувствовать к нему симпатию? Как они смеют проявлять к нему сочувствие? У них нет повода – нет повода. Он никогда не жаловался. Он никогда не искал их симпатии, никогда не поощрял любви к себе и не хотел ее. Это внушало ему отвращение.

        Он откинулся на подушки, настолько усталый, что не мог раздеться. Куртка, оттопырившаяся от фишек и денег, была слишком неудобной, пришлось и вывернуться из нее и дать ей упасть на покрытый ковром пол. Он закрыл глаза и подумал, что мгновенно заснет, но вновь тот же загадочный