Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

23

меня, так как я еще не представил свой рассказ на занятиях. Она читала собственный рассказ. Я был удивлен, так как рассказ был очень хороший и очень забавный. Он был о ее ирландских дядюшкахпьяницах.

        Когда рассказ закончился, весь класс набросился на нее за поддержку стереотипа, что ирландцы пьют. Ее милое личико исказилось обидным недоумением. Наконец, ей дали возможность отвечать.

        У нее был красивый мягкий голос, и она жалобно сказала:

        – Но ведь я выросла среди ирландцев. Все они пьют. Разве это неправда? – Она сказала это преподавателю, который также оказался ирландцем. Его звали Мелони, и он был моим хорошим другом. Хотя он и не показывал этого, но в настоящий момент был пьян.

        Мелони откинулся на стуле и торжественно сказал:

        – Не знаю, сам я из Скандинавии. – Мы все засмеялись, а бедная Валери склонила голову, все еще сконфуженная. Я вступился за нее, потому что счел рассказ хорошим, хотя знал, что она никогда не станет настоящим писателем. Все в классе были талантливы, но лишь немногие обладали энергией и желанием пройти далекий путь, посвятив свою жизнь писательству. Я был одним из них, и чувствовал, что она к ним не относится. Секрет был прост. Писательство было единственной вещью, которой мне хотелось заниматься.

        К концу семестра я наконец представил рассказ. Всем он понравился. После занятий Валери подошла ко мне и сказала:

        – Почему так получается, что я серьезна, а все, что я пишу, звучит смешно? А ты всегда шутишь и ведешь себя несерьезно, а от твоего рассказа хочется плакать?

        Она была серьезна, как обычно, но не нападала, поэтому я пригласил ее на кофе. Ее звали Валери О’Грэди, имя, которое она ненавидела за то, что оно ирландское. Иногда я думаю, что она вышла за меня замуж просто чтобы избавиться от О’Грэди. И она заставляла меня звать ее Валли. Я был удивлен, что затащить ее в постель заняло две недели. Она не была потаскушкой из Виллидж и хотела, чтобы я знал это. Мы должны были пройти через мистификацию, как будто я ее сначала напоил, так чтобы она могла обвинить меня в использовании ее национальной или расовой слабости. Но в постели она удивила меня.

        До этого я не был от нее без ума. Но в постели она была великолепна. Я склонился к предположению, что некоторые люди подходят друг другу сексуально, отвечают друг другу на первичном сексуальном уровне. Что касается нас, то, я думаю, мы оба были так застенчивы, так погружены в себя, что не могли сексуально расслабиться с другими партнерами. И что мы полностью подходили друг другу по некоей загадочной причине, коренившейся в нашей общей застенчивости. Во всяком случае, после этой первой ночи в постели мы стали неразлучны. Мы обошли все маленькие кинотеатры Виллидж и посмотрели все иностранные фильмы. Мы ели в итальянских и китайских ресторанах и, возвращаясь ко мне в комнату, занимались любовью, а около полуночи я провожал ее до метро, и она ехала домой в Квинс. У нее еще не было решимости остаться на всю ночь. До одного уикэнда, когда она не смогла противостоять. Она хотела быть со мной в воскресенье, чтобы приготовить мне завтрак и почитать со мной утром воскресные газеты. Поэтому она наговорила обычного дочернего вранья своим родителям и осталась. Это был прекрасный уикэнд. Но вернувшись домой, она попала на клановую войну. Вся ее семья набросилась на нее, и когда я ее увидел вечером в понедельник, она была в слезах.

        – Черт, – сказал я. – Давай поженимся.

        Она удивленно ответила:

        – Я не беременна. – И еще больше удивилась когда я рассмеялся. У нее совсем не было чувства юмора кроме случаев, когда она писала.

        Наконец, я убедил ее в серьезности своих намерений. Что я действительно хочу на ней жениться. И она покраснела и заплакала.

        Так что на следующий уикэнд я отправился в дом ее семьи на воскресный обед. Это была большая семья, отец, мать, три брата и три сестры, все младше Валли. Ее отец был старым сотрудником Таммани Холл и зарабатывал на какомто политическом поприще. Там были какието дядюшки, и все они напились. Но веселым образом: “Будьте счастливы”. Они напивались так, как другие люди наслаждаются большим обедом. Это задевало ничуть не более. Хотя я обычно не пил, но здесь пропустил несколько рюмок, и все мы хорошо провели время.

        У матери были танцующие коричневые глаза. Валли, очевидно, унаследовала сексуальность от матери, а отсутствие юмора – от отца. Я видел, как отец и дядюшки наблюдают за мной пронзительными пьяными глазами, пытаясь сообразить, не прохвост ли я, морочащий их любимую Валли россказнями о женитьбе.

        Мистер О’Грэди наконец дошел до сути.

        – Когда вы собираетесь пожениться? – спросил он.

        Я знал, что если отвечу неправильно, то получу по башке от папаши и от троих дядюшек, и видел, что папаша ненавидит меня за то, что я трахнул его маленькую дочку прежде, чем жениться на ней. Но я понимал

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск