Главное меню
Криминальный детектив
Фотогалерея
Марио Пьюзо
(Mario Puzo)
(1920—1999)

40

из ее фронтов. Потом все друг другу пожимали руки. Мальчик следил за собой, пока они с конгрессменом не стали выходить из моей конторы. Тогда мальчик слегка улыбнулся конгрессмену.

        Эта улыбка была улыбкой ребенка, когда он почемулибо произведет впечатление на своих родителей или на других взрослых. Ее неприятно видеть на детских лицах. А тогда еще более. Я понял, что из этой улыбки не следует, что он плохой мальчик, но она освободила меня от всякой вины за то, что я ему подсунул в качестве специальности ловушку для дураков. Фрэнк Элкор наблюдал за этой сценой изза своего стола на другом конце комнаты. Он не терял времени.

        – Долго ты будешь болваном? – спросил Фрэнк. – Этот конгрессмен вынул сто баксов из твоего кармана. И Бог знает, что он с этого имеет. Тысячи. Если бы этот мальчик пришел к нам, я бы выдоил из него по крайней мере пятьсот. – Он был положительно рассержен, и это меня рассмешило.

        – Ах, ты не относишься к вещам серьезно, – сказал Фрэнк. – Ты мог загрести кучу денег, ты мог решить множество своих проблем, если бы только послушался.

        – Это не для меня, – сказал я.

        – Ладно, ладно, – сказал Фрэнк. – Но сделай мне одолжение. Мне очень нужна открытая вакансия. Ты заметил за моим столом рыжеволосого мальчишку? Он тянет на пятьсот. Он ожидает повестки каждый день. Как только он получит повестку, его нельзя будет приписать к шестимесячной программе. Против правил. Поэтому я должен приписать его сегодня. А в моих частях нет вакансий. Запиши его к себе, а я поделюсь с тобой деньгами. Только один раз.

        В его голосе слышалось отчаяние, так что я сказал:

        – Ладно, присылай парня ко мне. Но деньги оставь у себя. Мне их не надо.

        Фрэнк кивнул.

        – Спасибо. Я сохраню твою долю. На случай, если ты передумаешь.

        Этим вечером, когда я пришел домой, Валли накормила меня ужином, и я поиграл с детьми перед сном. Позже. Валли сказала, что ей потребуется сто долларов на одежду и обувь детям к Пасхе. Она ничего не сказала про одежду для себя, хотя, как и для всех католиков, для нее получить обновку к Пасхе было почти что религиозной обязанностью.

        На следующее утро я пришел в контору и сказал Фрэнку:

        – Слушай, я передумал. Я возьму свою половину.

        Фрэнк похлопал меня по плечу.

        – Молодец, – сказал он. Он отвел меня в туалет, отсчитал пять пятидесятидолларовых купюр из бумажника и передал их мне. – У меня будет еще один заказчик до конца недели. – Я не отвечал ему.

        Это был единственный случай в моей жизни, когда я совершил нечто действительно непорядочное. И я чувствовал себя не так уж скверно. К своему удивлению, я чувствовал себя превосходно. Я радовался, как дурак, и по дороге домой купил подарки Валли и детям. Когда я пришел и выдал Валли сто долларов на детскую одежду, видно было, что она чувствует облегчение от того, что не должна просить деньги у отца. Этой ночью я спал лучше, чем обычно.

        Я занялся бизнесом самостоятельно, без Франка. Вся моя личность начала претерпевать изменения. Мошенничество зачаровывало меня. Оно выявляло мои лучшие стороны. Я забросил игры и даже писательство, и потерял всякий интерес к роману, над которым работал. Впервые в жизни я сконцентрировался на своей государственной службе.

        Я начал изучать толстые тома армейских документов, разыскивая все законные увертки, с помощью которых жертвы призыва могли избежать армии. В самом начале я узнал, что медицинские стандарты произвольно занижались и завышались. Если в данном месяце мальчишка не проходил медкомиссию и был забракован для призыва, он мог с легкостью пройти ее шесть месяцев спустя. Все зависело от призывных квот, установленных Вашингтоном. Это могло зависеть даже от бюджетных ассигнований. Были статьи, согласно которым подвергавшиеся шоковой терапии при психических заболеваниях не могли быть призваны по состоянию здоровья. Также гомосексуалисты. Призывник с некоторых технических работ в частной промышленности, на которых парень представлял собой слишком большую ценность для солдата.

        Потом я изучил своих заказчиков. Они были от восемнадцати до двадцати пяти лет, и самые настырные были обычно около двадцати двух – двадцати трех, только что из колледжа и в панике от возможности потерять два года в армии Соединенных Штатов. Они безумно стремились попасть в резерв и отбыть шестимесячную активную службу.

        У всех этих ребят либо были деньги, либо же они происходили из состоятельных семей. Все они готовились получить профессию. Однажды они выйдут в верхушку среднего класса, станут богачами, будут ведать различными сторонами американской жизни. В военное время они боролись бы за место в Офицерской Кандидатской Школе. Теперь же они хотели устроиться поварами и специалистами по починке униформы, либо в авторемонтные части. Один из них в возрасте двадцати пяти лет имел место на Ньюйоркской фондовой бирже; другой

 

Интересные материалы о писателе


Иерархия, насилие, жестокость и доброта (по книге Марио Пьюзо "Крёстный отец") Художественная литература - это прежде всего отражение жизни. И как в жизни, любое художественное произведение содержит насилие в той или иной форме. "Описаний насилия в литературе, пожалуй, не избежать. Даже в детских книжках на козлика нападают серые волки с весьма плачевными для первого последствиями, Карабас-Барабас мучает кукол, а похождения Колобка кончаются трагической гибел...

Давным-давно дон Корлеоне усвоил истину, что общество то и дело готово оскорбить тебя, и надо мириться с этим, уповая на то, что в свой час настанет пора посчитаться с каждым, пусть даже самым могущественным из обидчиков. Дон владел миллионами, но много ли найдется миллионеров, способных пойти на неудобства для себя, чтобы помочь другому?...

Вито Андолини было двенадцать лет, когда убили его отца, не поладившего с сицилийской мафией. Поскольку мафия охотится и за сыном, Вито отсылают в Америку. Там он меняет фамилию на Корлеоне — по названию деревни, откуда он родом. Юный Вито поступает работать в бакалейную лавку Аббандандо. В восемнадцать лет он женится, и на третий год брака у него появляется сын Сантино, которого все ласково называют Сонни, а затем и другой — Фредерико, Фредди....
Детектив
Современная проза
Поиск по книгам:


Голосование
Голосуем за наиболее понравившееся произведение Марио Пьюзо

ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск